ВЯТКА: НАСЛЕДИЕ - <
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх

Макматовы

                                                   Макматовы: братья-исповедники

 

                                                           1.  Начало служения

 

   В бурном XX столетии на марийской земле служило немало духовных лиц с необычайными судьбами, людей удивительного жизненного пути. Многие из них пострадали за Христа в годы гонений ленинско-сталинского периода, кто-то смог уцелеть и послужить Богу в послевоенные годы. Ярким примером этого могли бы послужить судьбы двух братьев-священников – Гавриила и Димитрия Макматовых. Один из них погиб в страшные годы гонений, другому посчастливилось избежать репрессий и прожить долгую жизнь, наполненную служения Богу.

  Вятские священники Дмитрий и Гавриил, родились один в 1881, другой в 1889 г., в семье крестьян-марийцев  деревни Чашкоял Сернурской волости Уржумского уезда Семена Алексеевича и Татьяны Илларионовны. Появились на свет  они еще в те времена, когда марийцы не имели фамилий. Первые марийские фамилии по данным метрических книг появились только в 1890-е годы. До этого марийцы  фиксировались в документации по имени и отчеству. Кроме сыновей Гавриила и Дмитрия, в семье было еще несколько сыновей; некоторые умерли в детстве, что в те времена не было редкостью. Всех своих детей Семен Алексеевич крестил в церкви с.Сернур, в приход которого входила деревня Чашкоял.

  Только в 1901 г. на страницах церковных метрик  Семен Алексеевич впервые упоминается под фамилией Макматов, когда 11 мая сочетался браком его сын Иван. Венчание произошло в церкви с. Сернур.  Позднее здесь же венчались и другие дети Макматовых. 9 марта 1911 г. скончалась от чахотки Татьяна Илларионовна в возрасте 58 лет. В то время ее младшие сыновья Дмитрий и Гавриил уже служили в духовном сане на приходах Уржумского уезда. О кончине самого Семена Алексеевича не удалось найти сведений; видимо, он преставился  после 1917 года, когда церковные метрики перестали вестись.

 Большинство марийцев в то время жили в страшной нужде. Это был безграмотный, задавленный налогами и бедностью народ. Царское правительство мало заботилось о благоустройстве и образовании марийцев. В 1858 году ученый из г. Казани доктор Кандаратский писал: «Печальная участь племени черемисов, если в ближайшие 50-100 лет не произойдут изменения в лучшую сторону, то это племя обречено на вымирание». В 1889 году в типографии Казанского университета вышла его брошюра-реферат «Признаки вымирания луговых черемисов Казанской губернии». Профессор, обследовав жителей 24 марийских селений,  нашел среди них более тысячи человек, больных трахомой, зобом и чесоткой и, ознакомившись с уровнем жизни марийцев, пришел к выводу о неизбежном вымирании этого народа. На весь север нынешней Марийской республики долгое время приходилась только одна больница в с. Сернур.

  Очень мало было школ, т.к. марийцы по своей бедности и часто незнанию русского языка редко отдавали своих детей в учение. Единственным институтом, который всегда заботился об инородцах, была Церковь. Православная Церковь пыталась просвещать их светом христианской веры, открывала в приходах церковные школы, проводила миссионерские съезды. Нередко сами священники-миссионеры лично посещали марийские деревни. Миссионерское дело было поставлено на юге Вятской земли блестяще. В отличие, например, от удмуртов, марийцы охотно принимали православие, правда, детей их в церковных школах училось опять же немного. Эта картина стала меняться только в XX столетии, когда марийцы начали осознавать всю пользу получения образования для своих детей.

   Марийский крестьянин Семен Алексеевич тоже постарался дать образование своим детям. Его сын Дмитрий в 1900 г. окончил церковную второклассную школу в селе Старом Торьяле. По тем времена это считались высшие начальные училища. Уровень обучения в них был выше, чем в обычных церковно-приходских школах. Выпускники их часто становились учителями начальных школ и псаломщиками. После окончания этой школы Дмитрий решил продолжить обучение и несколько лет учился в г. Вятке на миссионерских курсах для инородцев. В 1909 г. эти же курсы окончил Гавриил Алексеевич.  Примечательно, что после окончания курсов оба брата вернулись на Родину и несколько лет работали учителями в церковных  школах Уржумского уезда. Дмитрию Семеновичу посчастливилось поработать в школе грамоты в родной деревне, правда, ненадолго. Впереди у обоих братьев был долгий путь духовного служения.

 

                                          2. Отец Димитрий Макматов

  2 мая 1905 года в жизни учителя Шокшемской миссионерской школы Димитрия Макматова открылась новая страница – он был назначен псаломщиком к церкви с. Верх-Ушнур Уржумского уезда. Здесь про него отмечалось, что поведения он хорошего, чтение, пение и катехизис знает удовлетворительно. Спустя год, 28 мая 1908 г., он рукополагается в сан диакона к церкви с. Старого Торьяла, в котором когда-то постигал азы духовного образования. 7 сентября 1908 г. о. Димитрий был перемещен в с. Кураково Елабужского уезда с рукоположением в сан священника. Вместе с батюшкой на новое место служения приехала его семья - молодая жена Матрена Даниловна и двое маленьких детей Лидия и Нина. В последующие годы о. Димитрий по своему прошению сменил еще несколько приходов: Куженерский женский монастырь Уржумского уезда (1909 г.), с. Люперсольское Яранского уезда (1914 г.) и вновь Куженерский монастырь (1914 г.). В июле 1910 г. он брал отпуск для поездки в Тамбовскую губернию и явился в срок. Где бы ни служил о. Димитрий, он не забывал свое учительское призвание – работал законоучителем в земских и миссионерских школах. Так, в Елабужском уезде он был заведующим, законоучителем и учителем в Ильнетской мужской церкви-школы, в Старом Торьяле – учителем пения во второклассной школе, в Куженере – заведующим и законоучителем церковно-приходской школы при монастыре.

    В Куженерском монастыре священник Макматов прослужил дольше всего, вплоть до его закрытия, возможно, потому что он находился недалеко от его родной деревни. Никольская женская община при монастыре появилась  в 1897 г. для просвещения язычников-марийцев, на священном для них месте – ключе, вода которого по их преданию, исцеляла от глазных болезней. В 1910 г. община по благословению вятского епископа была преобразована в общежительный монастырь. Благодаря трудам главного мецената – яранского купца Ф.Я.Рощина и игумении Людмилы (Холманских) – монастырь рос и процветал. При нем имелось 2 храма, церковно-приходская школа, иконописная и позолотная мастерские.   К 1910 г. общее количество насельниц общины составило 127 человек (120 взрослых, 7 детей). Сестры занимались живописью, чеканкой, позолотой по дереву, рукоделием, столярным делом, токарным ремеслом, сельским хозяйством, пчеловодством, пели на клиросе. Около 30 сестер не имели постоянного послушания, и в летнее время большинство из них работали в сельском хозяйстве при обители. В 1914 г. в монастыре проживало уже около 200 насельниц. При нем имелось поголовье коров и лошадей, прекрасный огород, действовали мастерские, работа которых улучшалась с каждым годом.

Немало труда на благоустройство монастыря положили и три священника, служившие в нем за 18 лет его истории. Последним из них стал о. Димитрий Макматов. Здесь же появились на свет его последние дети Милица и Макрина. Восприемниками девочек во крещении стали духовные лица, а одной из восприемниц Милицы стала крестьянская девушка из Яранского уезда Надежда Холманских. Однофамилица игумении, она могла приходиться ей родственницей. У матушки Людмилы и в Преображенском монастыре г. Вятки  несли иноческое служение ее тетки и племянницы.

  В Куженере о. Димитрий получал содержание 600 рублей в год с процентами с капитала, пожертвованного благодетелями монастырю (очевидно, Рощиным и богатыми уржумскими купцами) и за требоисправления 200 рублей в год. 30 мая 1910 г. батюшка получил свою первую награду – набедренник.

  В январе 1919 года Куженерская обитель прекратила свое существование.  Все ее имущество было национализировано новой властью и перешло в собственность школы, которая разместилась в монастыре. Сестры были вынуждены ютиться в монастырском храме, в котором продолжались службы. Чтобы выжить в новых условиях, о. Димитрий оставил духовное служение и работал несколько лет учителем марийского языка в Куженерской школе.

    В 1921 г. о. Димитрий вновь возвращается в духовное служение. Последним местом его служения стала церковь Верхней Шурмы Уржумского района. Здесь он был арестован в 1937 г. по обвинению в участии в церковно-монархической группе. В архиве ГАСПИ КО сохранились протоколы этого дела, по которому проходил еще десяток невиновных людей. Всем им в вину вменялось участие в контрреволюционной повстанческой группе, якобы руководимой членами царской семьи, пытавшейся поднять восстание против советской власти.  По протоколам допросов  видно, что поначалу батюшка категорически отрицал все предъявленные ему нелепые обвинения, но на последнем допросе 25 августа 1937 г., видимо, под физическим давлением, полностью признал свою вину.  29 сентября 1937 года особой тройкой при УНКВД Кировской области по статье 58 п.10 УК РСФСР о. Димитрий был приговорен к высшей мере наказания с конфискацией имущества. Обвинение священника заключалось в следующем: «Обвиняется в том, что являлся руководителем контрреволюционной  церковно-монархической группы, проводил у себя на квартире нелегальные сборища членов группы, систематически вел активную антисоветскую монархическую агитацию, злобно клеветал на советскую власть, распространял провокационные измышления о свержении советской власти проживающего у него на квартире «старца»  и выдавал за «царя Александра Третьего».

  14 ноября 1938 года отец Димитрий был расстрелян.

                                                                                                 

  1. Отец Гавриил Макматов

 

   Несколько иначе сложился духовный путь брата о. Димитрия – Гавриила. Он тоже выпал на тяжкие годы гонений на Церковь Христову, но батюшка смог  избежать  издевательств, лагерей и мученической смерти, и дожил до преклонных лет. В послевоенные годы на юге Кировской области многим верующим было знакомо  имя этого прекрасного человека.

  После окончания Вятских миссионерских курсов в 1909 г., Гавриил Семенович работал несколько лет в церковно-приходской школе села Черемисский Турек Уржумского уезда. 30 марта 1910 г. Преосвященным Филаретом епископом Вятским и Слободским он был назначен на диаконское место к Вознесенской церкви с. Куракино того же уезда. Так же как и брат, Гавриил Макматов смог до 1917 г. послужить в нескольких приходах: Куракино, Елеево Уржумского уезда с рукоположением в сан священника (1913 г.), Большой Китяк Малмыжского уезда (1914 г.). В последнем батюшка упоминается в архивном документе за 1926 г. Так же как и брат Димитрий, о. Гавриил продолжал нести учительское служение на тех приходах, в которых служил. Преподавал Закон Божий в начальных школах, в Пигильмашской школе грамоты был учителем пения. В семействе о. Гавриила и матушки Анны Васильевны росли дети Николай и Варвара. Восприемником во крещении Варвары стал ее дядя священник Димитрий Макматов и его жена. 6 августа 1916 г. матушка Анна Васильевна скончалась во цвете лет. Батюшка остался один с двумя маленькими детьми на руках.

 Сведения о дальнейшей жизни о. Гавриила сохранились очень скудные. До 1940-х годов никакой документации по духовенству области  практически не велось. После 1926 г. батюшка самовольно снял с себя духовное  звание и не служил, возможно, из-за обновленческого раскола. В 1934 г. он вновь возвращается в духовное служение, сначала как простой псаломщик с. Решетники Уржумского района. После принесенного покаяния в самовольном снятии священнического сана, ему вновь разрешено священнодействовать. В 1930-е годы о. Гавриил служит в храмах сел Лопьял и Русский Турек Уржумского района. Обе церкви были закрыты властями обманом, вероломно.  Например, в Русском Туреке церковь по договору с верующими была «временно» засыпана зерном. Обратно ее верующим уже не вернули…

  О последующих 10 годах жизни священника Гавриила Макматова не сохранилось никаких сведений. Где  и как он жил – неизвестно. Только в 1950 году по документам мы находим его священником церкви-часовни с. Кильмезь. За этот год сохранилось его заявление Уполномоченному Совета по делам РПЦ при Крайисполкоме т. Новикову о незаконном взыскании с него подоходного налога.

  В 1956 г. о. Гавриил Макматов служит в с. Гоньба Малмыжского района. Ему было уже около 70 лет. Служение такого пожилого священника на приходе Вятской епархии в те годы не было редкостью. Часто служили священники  с дореволюционным «стажем» и заменить их было просто некому. Молодых священников было мало, большинство клириков было уничтожено физически и духовно в годы раскола и террора. В 1955 г. архиепископ Вениамин в своем отчете, отмечая отрадные явления в православной жизни, в то же время сетовал, что «жатвы много, а делателей мало. Чувствуется большая нужда в достойных кандидатах на священнические места…»

  Расправа с духовенством продолжалась и в годы хрущевской «оттепели», только теперь  в других формах. В своем открытом письме патриарху Алексию  Борис Талантов сообщал, что только в 1961-1963 гг. в Кировской епархии был снят с регистрации 21 священник. В 1966 г. в отчете Уполномоченного по РПЦ по Кировской области сообщалось, что из 52 священников и диаконов только 13 находились в возрасте до 40 лет, и лишь 7 окончило духовные училища после 1945 г.  Нередко смерть пожилого священника становилась прямой причиной закрытия церкви – прислать на замену было некого. На 1963 г. по области не работало 7 церквей из-за отсутствия священников. Так произошло и в селе Гоньба…

  В 1957 г. Уполномоченный по РПЦ по Кировской области в своем отчете сообщал, что священник Макматов глухой, страдает расстройством печени, проповеди в храме не читает и никуда не ходит, кроме совершения треб. Про прихожан  сообщалось: «Основными посетителями церкви на молитву является до 30 человек в воскресение, и до 200 человек в большие религиозные праздники престарелые люди. Молодежь в церковь не идет, но требы, в частности крещения детей, делают и молодые».

  17 мая 1961 г. о. Гавриил вышел за штат и переехал на жительство в п. Кильмезь, а 10 августа того же года отошел ко Господу. Погребен он был на кладбище п. Кильмезь. Видимо, батюшка до последних своих дней продолжал окормлять прихожан с. Гоньбы, т.к. вскоре после его кончины религиозная жизнь в Гоньбе замерла. Причинами этого указывались смерть священника и недостаточное число членов церковного совета-двадцатки, из-за чего новому совету не давали зарегистрироваться. 3 мая 1965 г. Уполномоченного по РПЦ посетила бывший член ревизии религиозной общины с. Гоньба Малмыжского района Юрлова Агафия Ивановна, приехавшая с ходатайством об открытии храма. Она сказала, что три года не было богослужений из-за отсутствия священника, и в июне 1964 г. церковь была официально закрыта. Уполномоченный это ходатайство отклонил.

 Когда батюшка Гавриил скончался, его дети были уже взрослыми и начали свою жизнь, правда, уже на светском поприще. Правнуки Макматовых свято чтут память своих предков-священнослужителей Димитрия и Гавриила, имена которых когда-то были хорошо известным православным на юге Вятской земли.

                                                       


Назад к списку