ВЯТКА: НАСЛЕДИЕ - <
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх

Матфей (Швецов): детство и юность (главы из книги), иеромонах

 

                                                   Семья. Детство.

  23 мая 1855 года в городе Вятке появился на свет человек великой судьбы – преподобный Матвей Яранский. Произошло это в семье простого городского башмачника Кузьмы Федоровича Швецова, имя  которого нам теперь известно благодаря тому, что он стал отцом такого великого и замечательного сына. В ином  случае оно бы просто затерялось в архивных документах, подобно именам многих других жителей Вятки того времени.

   По всей видимости, Кузьма Федорович родился в городе или, по крайней мере, жил в нем с малых лет. Его отец Федор Космич Швецов, судя по записям в церковных метрических книгах, пришел в Вятку в поисках лучшей доли примерно в 1810е годы. О происхождении его мало известно. Можно предположить, что дед преподобного пришел в Вятку из Сунской волости Нолинского уезда. Известно, что Швецовы состояли в родстве с крестьянами Изместьевыми, историческая Родина которых – нынешний Нолинский район. Кстати, там и по сей день живет немало Изместьевых и Швецовых. В Вятке того времени жило также немало Швецовых. К середине 19 века по городу насчитывалось около 10 семей этой фамилии. Некоторые из вятских Швецовых были очень состоятельными людьми, имели в городе свою торговлю и лавки.  Возможно, с некоторыми из них Федор Швецов состоял в родстве, что и побудило его перебраться в Вятку. В Вятке дед преподобного получил мещанство, которое перешло по наследству к его детям. Об этом говорит тот факт, что сыновья его имели мещанство уже в очень молодом возрасте, видимо, получив его по наследству. У Федора Швецова и его жены Вассы Андреевны, дочери крестьянина Андрея Чепурина, было 2 сына – Козьма (видимо, получил имя в честь деда) и Федор, а также дочь Евдокия. Козьма родился в 1814 году, Федор в 1821. В Вятке Федор Козьмич занимался чеботным (башмачным) делом, а в 1816 году служил в городской Думе рассыльщиком. Возможно, это и помогло ему получить мещанство. Правда, работа в Думе не продвинула Федора Кузьмича  куда-то дальше  и так он остался до конца жизни своей простым чеботарем. Свое башмачное искусство он передал по наследству и своим сыновьям.

  В Государственном архиве Кировской области сохранилась «Обывательская книга города Вятки» за 1836 г., в которой упоминается и семья Федора Кузьмича Швецова.

 Итак, в нем значится:

Швецов Федор Космин 55 лет

Женат первым браком крестьянина Андрея Чепурина на дочери  Вассе 54 лет

Дети: Косма 25 лет

Федор 10 лет

Евдокия

Находился в 1816 г. в Думе рассыльщиком.

 Как видно, из этого документа, сын Кузьма был еще холостым и жил в доме отца. Приходским храмом семьи Швецовых была градская Спасо-Хлыновская церковь. Именно в ней братья Швецовы будут венчаться, крестить своих детей и, увы, провожать некоторых из них в последний путь. В свою очередь, и их дети станут прихожанами этого храма…

  4 мая 1841 года в Спасо-Хлыновской церкви состоялось венчание вятского мещанина Кузьмы Федоровича Швецова 27 лет и девицы Надежды Варфоломеевны 21 года, дочери крестьянина Пасеговской волости Варфоломея Климова. Поручителями по жениху были крестьяне Николаевской волости Егор и Никандр Изместьевы, жившие в Вятке (они упоминаются в метрических записях по Швецовым и дальше), а по невесте – вятские мещане Никандр Козаков и Алексей Петрович Хохлов. Мещанин Никандр Козаков был мужем сестры невесты Пелагеи Варфоломеевны.

  8 февраля 1842 г. у молодой четы родился их первый сын, нареченный во святом крещении 10 февраля Иваном. Крестным мальчика стал Никандр Егорович Изместьев. К сожалению, мальчик не прожил долго и 2 июля того же года умер «от поноса». Под словом «понос» тогда имели ввиду дизентерию.

   Спустя год, 1 июля 1843 г. у Швецовых родилась девочка, крещеная Ольгой. Крестной девочки стала жена вятского мещанина Антипы Буянова. К сожалению, и она не прожила долго и 7 месяцев спустя скончалась от распространенной тогда детской болезни – родимца.

 21 октября 1844 г. в семье Швецовых вновь родился  мальчик, названный в крещении 24 октября Михаилом. Этому мальчику уже предстояла длинная жизнь. Крестными его стали крестьянин Помзинской волости Егор Егорович Изместьев и тетка новорожденного Пелагея Варфоломеевна Козакова.

  10 марта 1847 году у Швецовых рождается дочь Александра, крестной которой стала жена присяжного Вятского губернского казначейства Евдокия Ильинична Машковцева. 1 августа 1850 г. у Козьмы Федоровича родилась дочка Серафима, крестной матерью  которой стала дочь вятского мещанина Агриппина Михайловна Сенилова. Такой разнообразный выбор крестных, не имевших близкого отношения к семье (обычно приглашали родственников), говорит о том, что Швецовы в городе имели немного родственников, но благодаря своему ремеслу Кузьма Федорович имел в нем много хороших знакомых. Девочка  Серафима не прожила долго и вскоре оставила этот свет.

   1 февраля 1854 г. у Швецовых родился сын Федор, крестным которого стал его двоюродный брат Яков Никандрович Козаков. Он же стал и крестным самого известного чада Швецовых – Митрофана, который появился на свет 23 мая 1855 г., в понедельник второй седмицы по Пятидесятнице, в  день обретения мощей святителя Леонтия Ростовского, и 29 мая был крещен в Спасо-Хлыновской церкви, в день поминовения блаженного Иоанна Устюжского. Имя дано было мальчику крестившим его священником Василием Кибардиным (в переводе с греческого значило «матерью явленный»)во имя жившего в четвертом столетии святителя Митрофана, патриарха Константинопольского.

  После Митрофана семья пополнилась еще двумя детьми – Василием (20 февраля 1862 г.) и Елизаветой (14 октября 1864 года). Крестным Василия стал его брат Михаил, а крестной Елизаветы – дочь отставного унтер-офицера вятского батальона Пелагея Яковлевна Руменкова. Интересно, что обычно Швецовы старались окрестить своих детей в течение нескольких дней. Крещение двух последних детей произошли в течение 3 дней после их крещения. Это говорит о том, что детки рождались здоровые, которых без боязни за их здоровье старались окрестить как можно быстрее.

В «Городовой обывательской книге» за 1861 г. о семье Швецовых указывалось:

 «544. Швецов Козьма Федоров 57 году

Женат первым браком на дочери крестьянина Варфоломея Климова Надежде 38 лет

У него дети: Михаил 14 лет

Федор 5

Митрофан 6

Александра  13».

 За 1867 год в таком же документе значилось, правда, писец сделал ошибку в имени отца семейства:

Швецов Федор  Кузьмич 60 лет

Женат на крестьянской девице Надежде 40 лет

Сын Михайло 23 лет

Федор 14

Митрофан 12

Василий 6

дочь Александра 19 лет

Елизавета 3».

  Семья росла. В 1852 г. Кузьма Федорович ставит в городе своими силами вместительный деревянный  дом на месте, утвержденным Губернским правлением  31 июля 1850 г. за № 8957. В «Городовой обывательской книге» за 1861 г. указано место, где стоял родительский дом нашего преподобного – «Дом деревянный, построен им в 1852 г. на месте, утвержденным Губернским правлением  31 июля 1850 г. за № 8957; состоит во второй части по ул. дольной Спенцинской поперечной Орловской». К сожалению, по какой-то причине переписчик не указал номер дома и точное его месторасположение в городе  теперь уже не найти. Кроме семьи Кузьмы Федоровича, в доме жила также Марья Мироновна Швецова – «вятская мещанка, цеховая, вдова от первого брака»; при ней жили дети Михаил, Илья и Елизавета. Возможно, вдова снимала жилье в доме Швецовых, хотя здесь же указывался и ее «деревянный дом на Монастырской улице № 242», в котором она не жила по какой-то причине.

   Тот факт, что башмачник смог поставить в центре города дом может говорить о том, что зарабатывал он хорошо, и семья не бедствовала. В «Обывательской книге» он указан как «цеховой», т.е. работал не сам по себе, а в составе башмачной артели, обслуживавшей своей обувью весь город. Собственно говоря, башмачников по Вятке было не особенно много и, по всей видимости, они все были объединены в артель. На 1862 г. по Вятке работало 22 мастера (башмачники и башмачницы), при них 10 рабочих и 3 ученика. Для сравнения, в то же время сапожников трудилось гораздо больше – 58 мастеров с 48 рабочими и 20 учениками.

   Мало того, через несколько лет Кузьма Федорович поставил в городе еще один дом! В 1867 г. в «Обывательской книге» значится его дом, стоявший  «во 2й части на Набережной Монастырской улице на вновь отведенном месте поданном и выданном от Вятской городской полиции». Семья перебралась со Спецынской улицы на Монастырскую. В «Сводной книге по населению города» за 1864 г. был указан и  точный адрес – 2я часть 124 квартала по Набережной Монастырской улице № 1064. Напомним, что Монастырская улица это современная Горбачева, на которой стоит Вятский Трифонов монастырь. Несмотря на близость к обители, семья Швецовых осталась верной Спасо-Хлыновской церкви.

  Возможной причиной быстрого строительства второго дома могло быть то, что он сдавался внаем множеству жильцов, преимущественно из рабочей среды; сдача внаем могла оказать существенное подспорье  для того, что бы быстро рассчитаться с кредитом за постройку дома. В «Сводной книге…» за 1864 г. указывались жильцы дома Швецовых: 4 башмачника (из них 3 мастера - 2 мужчины и 1 женщина), 2 хлебницы-мастерицы, прачка, служащий типографии Блинова, занимающаяся пряжей, ученик уездного училища и 4 нищих. Сохранились  сведения о квартиросъемщиках, живших в доме Швецовых. В том 1864 г. в нем жила вдова М.С.Сенникова с 15-летним сыном, «девица из Москвы» Т.Г.Крылова с тремя сыновьями и нищие крестьяне из Орловского уезда Ефим Васильевич и Авдотья Андреевна Сидоровы с двумя дочерьми, а также 41-летняя Евдокия Федоровна Есипова с двухлетней дочерью Параскевой, происходившая из государственных крестьян Вятского уезда. Таким образом, в одном доме жило 5 семейств из 20 человек…

   Таким образом  дом мог представлять собой типичное рабочее общежитие. В «Сводной книге…» указывались и другие сведения о жильцах – возраст, брачное состояние, вероисповедание, местожительство и грамотность. Из них можно узнать, что в доме жило 11 детей (из них 7 мальчиков и 4 девочки) и 9 взрослых; из взрослых было 2 женатых, 3 замужних, 1 холостой, 2 девицы и 1 вдова. При этом грамотными были только 4 мужчин. Возраст проживающих был разномастный – от года до 70. 11 человек были постоянными жителями города, 8 – приехавшими из губернии и 1, прибывший из другой губернии; постоянными жителями считались 16, остальные – «временными».

  В числе башмачников здесь мог упоминаться не только хозяин дома, но и его сын Михаил, в 1864 г. в возрасте 19 лет, принятый в цех башмачников.  Под  «хлебницами –мастерицами » здесь имелись ввиду Надежда Варфоломеевна и ее дочь Александра. Известно, что мать преподобного работала в хлебном цехе, в котором пекла ярушники (большие круглые хлебы из ячменной муки) и другие хлебные изделия для продажи на рынке, варила квас. Ее дочь Александра в 16 лет уже считалась опытной «хлебницей-мастерицей».  Под учеником уездного училища здесь имелся ввиду Федор, устроенный туда родителями и единственный из всех детей получивший школьную грамоту.

    В то время как у Кузьмы Федоровича семейство увеличивалось естественным образом, его брат Федор Федорович также обзавелся семейством. 2 января 1844 г.  в возрасте 21 года он бракосочетался в Спасо-Хлыновской церкви с дочерью крестьянина Афанасией Григорьевной Мезенцевой 19 лет.  1 марта 1847 г. Афанасия родила мужу первую дочку, крещенную в Спасо-Хлыновской церкви Марией. Впоследствии она родила сыну еще 4 детей, двое  из которых умерли в младенчестве. По какой-то причине крестными не было никого из семьи брата Кузьмы Федоровича. Обычно это были крестьяне и члены семьи Мезенцевых, родственников жены.

Афанасьевна Григорьевна рано оставила этот свет, и 15 октября 1856 г. в возрасте 33 лет Федор Федорович женился второй раз. На этот раз его избранницей стала мещанская дочь девица Александра Емельянова Макарова 18 лет, по устному  преданию работавшая в цехе башмачников и уже бывшая хорошей мастерицей. Такая разница в возрасте в то время была в норме вещей. Обычно родители невесты смотрели не на возраст, а на другие качества жениха, такие как трудолюбие и благосостояние. Нередко причиной таких браков служило сиротство, когда семья невесты теряла своего единственного кормильца,  и хорошая партия для невесты была лучшим способом устроить ее жизнь. В то же время у Федора Федоровича была своя веская причина для повторного брака – его трем малолетним детям нужна была женщина, которая бы заменила им мать, а в доме хозяйка; самому отцу с его работой некогда было заниматься детьми и домом.

Поручителями по жениху стали мещане Кузьма Федорович Швецов и Андрей Максимович Жуков (один из крестных детей жениха), по невесте – крестьяне  Григорий Григорьевич Мезенцев и Никанор Зотович Торочков. 7 февраля 1858 г. новая жена подарила мужу дочку, крещенную 15 февраля в Спасо-Хлыновской церкви именем Александра. Впоследствии она родила еще двух дочерей – Анну и Серафиму. В 1867 г. в «Городовой обывательской книге» о семье дяди преподобного сообщалось:

«Швецов Федор Федоров 47 лет

женат на Макаровой Александре 27 лет

от первого брака сын Иван 17

Николай 15

от 2 брака Александра 10

Анна 7

Серафима 2».

 Несмотря на то, что Федор Федорович занимался обычным «чеботным» промыслом, зарабатывал он также достаточно, и большая семья не бедствовала. Семейство жило в большом двухэтажном доме с чердаком на Владимирской улице под номером 478, который отец купил 15 октября 1846 г. у коллежской регистраторши Прищибильской. Интересно, что за 1864 г. номер дома указывался другой – 1059. Так же как и брат, Федор Федорович сдавал дом внаем разному рабочему люду. В большом доме жило 35 человек (из них 18 детей) - башмачники, белошвейки, модистки, прачка, портниха, плотник, мастер-органист, «делательница гильс» и др. Согласно «Обывательской книге», в 1864 году здесь жили семьи Обрамовых, Раковых, Погудиных, Жаворонковых, Исаевых и др…

  Исходя из всего изложенного, можно теперь получить хорошее представление о той семье, в которой появился на свет преподобный Матвей Швецов. Отец Кузьма Федорович, имея хороший заработок в башмачной артели, смог поставить для своей большой семьи в городе за несколько лет два дома. В большом доме на Монастырской улице мать Надежда Варфоломеевна дала своим детям хорошее воспитание и навыки веры, но смогли ли получить образование старшие дети – вопрос спорный (считается, что Митрофан не успел его получить из-за ранней смерти отца). Такой же большой дом имела на Владимирской улице семья дяди Митрофана – Федора Федоровича. Из-за  большого числа жильцов в доме всегда было многолюдно, шумно и весело. По праздникам в доме Швецовых могли собираться немногочисленные родственники, жившие в городе – Швецовы, Козаковы, Климовы, Мезенцовы. Все то были простые трудовые люди – крестьяне, рабочие и мещане, и, значит, атмосфера в доме Швецовых была самая простая, простонародная.

Главным смыслом жизни семьи Швецовых была вера в Бога. Родители много молились дома, приучая к молитве и своих детей. Так в детские годы у будущего преподобного появилась любовь к Богу и Церкви, привитая его набожными родителями. По воскресным и праздничным дням все семейство Швецовых посещало свой приходской храм – белокаменную Спасо-Хлыновскую церковь, от которой к дням сегодняшним  не осталось и следа. Между тем, это был уже для того времени старый храм, поставленный тщанием прихожан в 1770 г., невдалеке от Донской церкви. В храме имелось два престола – в честь Всемилостивого Спаса и блаженного Прокопия юродивого, Устюжского.   

  В тот год, когда Митрофан появился на свет, в храме служили такие замечательные люди, как священник Василий Кибардин (тот самый, что совершил таинство крещения будущего преподобного), диакон Павел Попов и дьячок Александр Чемоданов, все происходившие из древних духовных родов. О жизни служителей церкви в документе за 1856 г. сообщалось: «На содержание священноцерковнослужителей постоянного оклада не положено и довольствуются добровольным подаянием от прихожан; содержание их скудно….Дом казенные, в которых живет 1 священник, деревянный на церковной земле; диакон проживает  в квартире, дьячок имеет собственный деревянный дом на градской земле».

 Вятская Спасо-Хлыновская церковь стала первым храмом в жизни будущего преподобного Матвея Яранского.

 

 

                                                          Путь лавочника

 

   Как часто бывало в то трудное время, детство оборвалось со смертью отца. После 1867 года Кузьмы Федоровича не стало. К сожалению, когда и отчего случилось это несчастье, мы уже никогда не узнаем, по той простой причине, что метрических книг за этот период не сохранилось. Можно только предположить, что было это связано с его  работой. Работа башмачника, работавшего часто в подвальных помещениях с пыльной обувью, была связана с определенным риском – можно было заработать чахотку или другую легочную болезнь. Смерть отца осложнила все материальное положение большой семьи. По сохранившимся свидетельствам, матери Надежде Варфоломеевне пришлось печь хлебы-ярушники  и ходить и продавать их на рынок, хотя она занималась этим и раньше. Пришлось работать и детям, помогать матери.

  Матвею на момент кончины отца было больше 12 лет. Для того времени это был уже вполне трудоспособный возраст. По официальной версии считается, что вначале он работал подмастерьем в чеботном цехе своего отца. Интересно, что как «цеховой» он упоминается и в более поздних документах, когда там не работал, т.е. место в цехе за ним оставалось после ухода оттуда.  Как то так получилось, что Надежда Варфоломеевна познакомилась с семьей вятского купца Ивана Васильевича Столбова и определила Митрофана к нему в услужение. По распространенной версии, Митрофан проработал у Столбова 18 лет, т.е. если взять за конечную точку отсчета его уход в монастырь в 1891 г., служение его началось примерно с 1873 г. На тот момент ему шел уже 18 год, т.е. он пришел к Столбову уже вполне взрослым человеком ( в официальной версии пишется, что пришел еще ребенком).  У Столбова молодой человек прошел целый путь – от простого посыльного до приказчика, заслужил своим трудолюбием и кротостью уважение и любовь своего хозяина. Так заслужил, что тот помог ему даже открыть свою лавку в городе, начать собственное дело. В то же время будущий подвижник многому научился  у Столбова – например, получил азы грамотности, научился красиво писать и хорошо считать. Наверняка как будущий торговец он научился здесь и хорошо, велеречиво говорить. В дальнейшем это ему очень пригодится в монашеской жизни…

  Старая Вятка благодаря своему удобному положению была большим торговым городом. В течение 19 столетия десятки купцов отстроили в камне здесь свои особняки и магазины, которые до сих пор украшают своими стройными рядами главные улицы города. В течение десятилетий в этих домах жили купеческие династии, передававшие искусство торговли от отца к сыну, представители которых занимали важные места в городском самоуправлении. В то же время на смену потомственным купцам приходили новые люди, начинавшие свое дело, подобно любимцу купца Столбова, с маленьких лавочек и затем стремительно поднимавшиеся  вверх по торговой лестнице купечества.

 Одной из торговых династий Вятки были Столбовы, история которой уходит вглубь времен. Так в рапорте от 23 января  1829 г. градскому голове Караваеву по выборам на трехлетие городских должностных лиц на 1829-1832 гг. упоминается«словесный судья из купцов»  Василий Иванович Столбов. Он же упоминается в «Списке служащих городской управы, назначенных для отвода квартир запасным  нижним чинам призываемым с объявлением мобилизации на действительную службу» с указанием места жительства – дом его стоял между Спецынской и Владимирской улицами. Сыновья его купцы  Василий Васильевич и Алексей Васильевичи  Столбовы упоминается в документах по городу Вятке середины 19 века. Алексей Васильевич в 1870е годы торговал в городе съестными припасами.

  В «Обывательской книге» по г.Вятке за 1867 г. упоминается купец 3й гильдии Василий Алексеевич Столбов, отец Ивана Васильевича (благодетеля преподобного). О его торговле сообщалось следующее: «Торг производит в разных городах, покупку производит  в базарные дни сырой кожей в г.Вятке».  Примечательно, что сам он жил со своей большой семьей не в городе, а на природе – в д.Столбовой Полянской волости; возможно, эта деревня и являлась родовым гнездом этих купцов. Жизнь в деревне не мешала Столбову часто наведываться в Вятку и даже занимать там должности. К примеру, в 1842 г. он был оценщиком, а с 1853 по 1855 гг. заседателем в градской палате. Василий Алексеевич был женат два раза. Первая  жена купца Параскева Ярофеевна также происходила из купеческой семьи Петуховых. Вторая жена была Татьяна Петровна; о происхождении ее ничего не известно. В Государственном архиве Кировской области сохранился «Посемейный список» купцов Столбовых за 1880 г., из которого видно, что от двух жен купец имел больше 12 детей только сыновей, а также 4 дочерей. Далеко не все сыновья пошли по отцовскому пути. Только два сына – Иван и Алексей унаследовали отцовское дело, причем последний был перечислен в Слободское купечество. Иван Васильевич уже в «обывательской книге» за 1867 г. упомянут как живущий отдельным семейством; жена его Евдокия Антоновна происходила из обычной  крестьянской семьи.

  Примерно в 1870е годы купец Столбов окончательно перебрался в Вятку и стал заниматься другой торговлей. В «Ведомости о поверке торговых заведений по г.Вятке» за 1875 г. упоминается две его лавки «с чаем, сахаром и кофе в лавках Спасского собора  на нижней торговой площади». Заведовал лавкой по особой доверенности 1874 года сын его Иван, помогал ему приказчик-крестьянин. Впоследствии эта лавка и перешла к Ивану Васильевичу. По всей видимости, в ней и начинал свою работу Митрофан Кузьмич. Второй лавкой заведовал крестьянин Вологодской губернии Угличского уезда Павел Петрович Головин; как видно, купец не доверял свою торговлю кому попало и выписывал для своего дела людей из мест даже весьма отдаленных. Примечательно, что Павел Петрович проработал у Столбовых много лет: спустя годы  он упоминается в ведомости по той же лавке, принадлежавшей уже купцу Ивану Васильевичу Столбову…

  10 декабря 1876 года отец семейства отставил эту землю в возрасте 65 лет, прожив, безусловно, бурную и интересную жизнь. Незадолго до этого, в 1875 г. он оформил документ с правом передачи торговли на имена брата Алексея и сына Ивана, а в 1876 г. – особую доверенность на последнего. В «Ведомости городской управы о купцах и выданных им на 1876 г. свидетельствах» Василий Алексеевич уже упомянут как «почетный гражданин купец 1й гильдии». Вот такое стремительное продвижение вверх этот купец прошел в торговой среде – из третьей гильдии в первую…

  После смерти отца все торговое окончательно дело перешло к Ивану Васильевичу Столбову, у которого работал молодой мещанин Митрофан Швецов. К сожалению, не сохранилось никаких документальных свидетельств, чем именно занимался он у Столбова до того, как стал приказчиком. Можно только предполагать, что был просто помогающим при лавке и посыльным, но приучавшимся купцом к торговому делу. В более позднем документе Митрофан упомянут как «цеховой». Это говорит о том, что, несмотря на много лет, прошедших после смерти отца, за ним и братьями было по-прежнему закреплено место в цехе  башмачников…

  Семья Ивана Васильевича, в которую был непосредственно вхож и Митрофан Кузьмич, тоже была большая. Купеческие семьи, подобно крестьянским и священническим, отличались многодетностью. У купцов был в многочадии и деловой интерес – чем больше сыновей в семье, тем больше шансов, что дело в дальнейшем попадет в надежные руки. Сохранился документ от  28 декабря 1884 г. под названием  «Представление о торговле И.В. Столбова» с перечислением его семьи –«жена Авдотья Анатольева, сыновья Михаил, Александр, Анатолий, Вячеслав, Алексей, дочери  Екатерина и Анастасия». По переписи лошадей 1891 года по г.Вятке у купца И.В.Столбова упоминаются 3 лошади: мерин, жеребец и «кобыла бурая».

   В «Деле о поверке торговли» за 29 сентября 1884 г. упоминается 2 торговые лавки купца И.В.Столбова, стоявшие на площади Спасского собора, в которых шла  мелочная  торговля сахаром и чаем. Сами лавки представляли собой одну небольшую комнату с одним входом. Указывалось, что оборот был до 30 т., а дохода на 300 рублей.  В общем торговля Столбова была мелкая по сравнению с теми заправилами тогдашней коммерции, которые имели огромные каменные магазины в городе, но и она позволяла держать в лавках нескольких приказчиков. За 1884 г. сообщалось, что торговлей купец занимается «сам с приказчиками 2 класса мещанами: Вятки Митрофаном Козьминым Швецовым и Слободского Алексеем  Родионовым Лихачевым». 

Это первое упоминание о Митрофане Швецове в торговле; более ранних документов, к сожалению, не сохранилось, и поэтому теперь уже не установить, когда он начал свою карьеру приказчика. В другой лавке тоже работали два приказчика – первого класса приказчик П.П. и Головин и второго класса орловский мещанин И.В.Вавилов.

  В следующие годы торговля Столбова пошла резко вверх. За 1887 г. сообщалось, что розничный годовой оборот первой лавки (где работал Головин) 1500 р., а доход – 750 р.; второй лавки (где работал Швецов)  до 20 т., прибыль выросла до 1000 р.  Была ли в этом заслуга молодого приказчика, трудно сказать, но в 1888 г. он был поставлен хозяином единственным приказчиком над лавкой, так же как и П.Головин – над второй. В том же году сын купца Михаил Иванович вышел из купеческого звания по причине своего поступления на гражданскую службу, хотя на будущий 1889 г. он был записан в вятское2й гильдии купечество  со включением его и жены в гильдейское сообщество, выданное отцу его Ивану Васильеву Столбову. Сыновья к отцовскому делу не радели…

  В семействе Швецовых к этому времени  тоже были большие перемены. Скончалась мать Надежда Варфоломеевна. Дети ее разлетелись по разным местам города. О судьбе их сохранились скупые  сведения.  Известно, что все три брата прп. Матвея жили в Вятке.

Например, Федор Кузьмич остался прихожанином Спасо-Хлыновской церкви. В ее метрических книгах сохранились  о нем некоторые  записи. Например, 14 декабря 1890 года в семье «помощника бухгалтера Вятского отделения Государственного Банка Федора Козьмича Швецова и законной его   жены Апполинарии Васильевой» родилась девочка Римма. Крещение ее состоялось 16 декабря; крестной девочки стала жена коллежского секретаря Владимира Владимирова Дьяконова Мария Васильевна. Василий Кузьмич Швецов так же жил в городе. В 1885 г. он упоминается в метрической книге Спасского собора  как поручитель невесты при венчании своего двоюродного брата Николая Федоровича Швецова. В 1917 г. в списке домовладельцев г.Вятки упоминаются «наследники Швецова Михаила Кузьмича» - третьего брата преподобного; наследники остальных братьев не упоминаются. В том же документе упоминаются и «наследники Швецова Николая Федоровича».  О судьбе сестры Александры к сожалению не удалось найти каких-то свидетельств, но, скорее всего, она также жила в Вятке и занималась хлебопечением.

   У Федора, Михаила  и Василия  Швецовых были свои дома в городе. Об этом говорит тот факт, что в отцовском доме остались жить  только их брат Митрофан и сестра Елизавета. Митрофан дал обещание матери в ее последние часы позаботиться о сестре впредь до ее замужества.

  В 1889 г. при содействии хозяина-купца Митрофан Кузьмич открывает в городе свою собственную лавку, на которую были оформлены соответствующие документы - свидетельство личного торга от Вятской городской управы от 19 декабря  1888 г. № 118 и патент губернского казначейства от 21 декабря № 3151. Это была своего рода благодарность Столбова своему верному помощнику за многолетнюю службу. За 1889-1890 гг. об этой лавке сообщалось в документах, что размещалась она при доме на Владимирской улице, представляла собой одну комнату с входом (можно предположить, что она могла находиться в большом доме дяди Митрофана, стоявшего на этой же улице). Торговля велась самим хозяином, торговавшим  чаем, сахаром и табаком, но прибыли от нее были небольшие. В 1890 г. годовой оборот ее составил до 1500 р., а доход составил … 70 рублей. В то же время Митрофан Кузьмич помогал и своему хозяину в его лавке при Спасском соборе, доходы которой снизились – при обороте 3 т. р. они составили в 1890 г. 1500 р26. Указывалось, что лавкой занимается хозяин «сам при помощи вятского мещанина Митрофана  Козьмича Швецова».  Над другой лавкой был поставлен заведующим сын купца Анатолий Иванович Столбов «при помощи вятского мещанина Павла Петровича Головина». Ее оборот за 1890 г. составил 1500 р., а чистый доход – 750 р27.  Впереди у молодого лавочника лежали хорошие перспективы и в торговле и в жизни, но к этому времени он уже перестал мыслить о прибылях и богатстве, как и вообще торговле, намечая свою дальнейшую жизнь совсем в другом русле…

 

                                                    

 

                                               


Назад к списку