Генеалогия Вятского духовенства: Васнецовы в Глазовском уезде

ВАСНЕЦОВ Алексий: священник. 3 февр. 1905 г. как священник с.Юкаменское уволен за штат.

ВАСНЕЦОВ Алексий Матвеевич: священник. Родился 28 сент.1875 г. в духовной семье.

Окончил ВДС 12 июня 1897 г. Служил в селах Святополье с 1898 г. и Верхосунье с 25 авг.1908 г. Рукоположен в сан священника 30 авг.1898 г. Служил в Верхосунье в 1915 г.
Награды: набедренник (1901 г.), скуфья (1912 г.). Получал содержания 300 р. в год.
Проходил должность следователя 3 благочинного округа Глазовского уезда ( 30 апр.1909 г.), депутата на епархиальный съезд (1911 г.).
Имел в селе собственный дом на церковной земле.
Семья: жена Ольга Михайловна, 1882 г.р.; дети: Зинаида (1903 г.р.), Валентина (1904 г.р.), Алевтина (1911 г.р.), Ольга (1912 г.р.).

ВАСНЕЦОВ Василий Павлович: священник. Родился в 1853 г. в духовной семье. Закончил 3 класса ВДС 10 сент. 1874 г. Отбывал воинскую повинность в 1875 г. Состоял певчим в хоре Вятского Архиерея с 1879 по 1890 гг. Рукоположен в сан диакона 21 февр. 1886 г. Перемещен в с.Люм на диаконское место 30 апр.1892 г. и рукоположен в сан священника 14 июня 1909 г. Упоминается по селу за 1915 г.

Имел собственный дом на церковной земле.
Проходил должности: председатель Люмского кредитного товарищества, член братства при Глазовском духовном училище.
Награды: набедренник (1915 г.), серебряная медаль в память царствования Александра Третьего, бронзовая медаль за труды по переписи населения.
Семья: жена Надежда Алексеевна, 1861 г.р.

ВАСНЕЦОВ Николай Федорович: диакон. Родился в 1867 г. в потомственной духовной семье. Окончил Сарапульское уездное училище 15 июня 1886 г. Духовное служение начал учителем в с.Русская Лоза Сарапульского уезда 15 сент. 1894 г. В том же году 4 дек. определен псаломщиком к Чумойской церкви Сарапульского уезда. Посвящен в сан диакона с оставлением на том же месте 6 марта 1905 г. 10 июня 1907 г. по прошению перемещен в с.Зура. Понимал разговорную речь удмуртов и сам говорил отрывочные фразы на их языке.

В 1915 году в «послужном списке» сообщалось: «Поведения весьма хорошего. По службе исправен».
Семья: жена Юлия Никаноровна, 3 июля 1870 г.р.; дети: Василий (1895 г.р.), Мария (1899 г.р.), Людмила (1903 г.р.), Константин (1905 г.р.).

О дальнейшей судьбе этих людей ничего не известно...

Использованы "клировые ведомости" Глазовского уезда за 1915 год (архив ЦГА УР).

 

Из истории городов Вятской губернии: Уржум в начале XX века

На заре XX века Уржум был типичным маленьким почти захолустным городком на южной окраине Вятской губернии. По переписи 1897 года в нем проживало 4423 жителя. Городок украшало 4 красивейших каменных храма. Главная улица была почти сплошь застроена каменными домами, вымощена булыжником, обсажена деревьями и даже освещалась газокалийным фонарем. Здесь жила городская знать, самые состоятельные люди Уржума – купцы, лесопромышленники, чиновники, духовенство. Поэтому главная улица была благоустроена лучше других. Остальная часть города, как писал современник, имела простой, почти сельский вид – небольшие деревянные домики на немощеных улицах, заросших травой, длинные деревянные заборы и плетни. Посреди улицы лежали свиньи, бродили куры. Вдоль берега речки Уржумки тянулся длиной узкой полосой общественный парк, названный одним из священников того времени «довольно красивым садом».

В центре города жило множество лесопромышленников и купцов. Уржумские лесопромышленники Бушковы, Шамовы, Бердинских наживали огромные капиталы на вырубке леса и сплаве его по Вятке и Волге. У крестьянского населения торговцы скупали хлеб, поярок, холст, куделю, кустарные изделия и с пристаней на Уржумке и в Цепочкино отправляли сотни пудов этих товаров в уездные городки Вятской губернии и в такие крупные города России, такие как Петербург, Казань, Нижний Новгород.
Образованное и состоятельное население города составляло прослойку интеллигенции. Это была еще одна стена, отделявшая их от простых горожан, но и эта прослойка не была однородной. Профессор харьковского университета А. П. Машкин вспоминал о дореволюционном Уржуме: «В городе два типа интеллигенции: административная – исправник, председатель съезда земских начальников, «именитое купечество», другой – сыновья и дочери врачей, педагогов и других служащих, земские библиотекари, учителя, статистики. Было два лагеря». При этом профессор забыл о такой интеллигенции, как духовенство, относившееся, по всей видимости, к первой категории.
На других улицах городка жило в деревянных домах остальное население городка - крестьяне, ремесленники, мещане, работавшие в богатой части города. Кое-кому из них в кои веки удавалось благодаря своему труду сколотить небольшой капиталец и открыть собственное дело – гостиницу, питейный дом, лавку. Например, имел по некоторым данным постоялый двор дед Сергея Мироновича Кирова, мещанин по сословному признаку. Правда, постояльцев было очень мало и после его смерти «двор» был продан.
В городе Уржуме было собственное церковное благочиние, состоявшее из трех городских приходов, окормлявшееся 7 священниками. Это были Свято-Троицкий собор, Воскресенская и Казанско-Богородицкая церкви; к собору была приписана кладбищенская Митрофаниевская церковь. Еще в городе была тюремная Александро-Невская церковь, окормлявшая тюрьму, больницу и детский приют, но она своего прихода не имела. В приходе каждого храма находилась определенная часть города и пригорода; уржумцы придерживались строго прихода «своей» церкви, в приходе которой жили. Так, в приход Воскресенской церкви входила северная часть города и 14 пригородных деревень, в приход Казанской церкви – южная часть города и несколько пригородных деревень. В приход Свято-Троицкого собора входила остальная часть города. Как-то встретилась такая легенда, что до революции он предназначался только для состоятельной части верующих и в этот храм и вовсе пропускали по особым жетонам. Так сказать, был собор для элиты. Но, если посмотрим метрические книги собора, убедимся, что это не более, чем байка: посетить собор мог любой желающий...

На фото: вид на дореволюционный Уржум. Фотография из фонда Уржумского краеведческого музея

 

Из истории основания деревень Вятской губернии: Тараканово (Пижанский район)

«…Давно это было – примерно на рубеже XV и XVI веков. Среди дремучих лесов, на берегу маленькой речки Вюлинер, стояла марийская деревня Вюлинер. Ее жители занимались скотоводством, охотой и пчеловодством. На отвоеванных у леса клочках земли по берегам реки сеяли рожь, овес и коноплю. Старейшим жителем Вюлинера был седой, крепкий еще старик по имени Ошай, а самая большая в деревне семья была у старого Максима, маленького роста и черного лицом мужика.

У него было пятеро женатых сыновей, таких же, как он, крепких, маленьких, черных. Во дворе Максима стояли две лошади, три коровы, десять овец, а вот земли было мало. Хлеба и конопли не хватало на большую семью. Думал, думал Максим и решил ехать с семьей подальше в лес, искать места с удобной для пашни землей.
Весной, как только посеяли хлеб, оставил Максим в доме старшего сына с невесткой и внуками, а сам с остальными членами семьи отправился в путь. Долго шли они по лесу, два раза в дороге кормили скот и отдыхали. Подходящего места все не попадалось: то поляна хорошая встретится, да речки нет, то речка есть, да кругом болото. Наконец, перед заходом солнца пришли на берег речки, похожей на Вилюнер. Была там удобная поляна, высокие стройные сосны, годные для постройки домов.
- Вот здесь будем жить, - сказал Максим. – Каждому по дому построим, и будет у нас своя деревня Максиволок (род Максима).
На следующее утро вспахали поляну, засеяли ее овсом и коноплей и принялись строить дома. Через две недели справили новоселье.
Однажды под утро вышел Максим на берег речки и вдруг слышит, что где-то недалеко поют петухи. Отметил веткой направление и спать пошел. На другое утро, вновь услышав пение петухов, пошел старик на звук по лесу, делая топором отметки на деревьях, и вскоре вышел к деревне. Решил узнать, кто в ней живет, осторожно подошел к крайнему дому, видит: кто-то изгородь чинит. Пригляделся и ахнул: это же старый Ошай! Значит, и деревня – Вюлинер!
… Через несколько лет русские чиновники из города Яранска ездили по деревням, записывали жителей, считали дворы, накладывали ясак (налог), при этом часто давали деревням новые названия. Так, деревню Вюлинер назвали Ошаево, по имени старого Ошая, а Максиволок – Тараканово (или Тараканёнки) в насмешку над Максимом за его маленький рост и черный цвет лица…»

Из очерка Е.Христолюбовой на сайте газеты «Сельские вести» (поселок Пижанка), «Максиволок – род Максима» // Сергей Шелепов. Легенды и обряды вятских мари – Йошкар-Ола 2015 г., с.27-29

 

Имена в народной и церковной формах: женские имена

Авдотья - Евдокия

Аграфена - Агриппина
Аксинья, Оксана (укр.) - Ксения
Алена, Олена - Елена
Арина, Орина - Ирина
Катерина - Екатерина
Лукерья - Гликерия
Настасья - Анастасия
Полина - Апполинария
Улита - Иулитта
Ульяна, Иулиана - Иулиания
Устинья - Иустина

А.В.Суслова, А.В.Суперанская. О русских именах – Лениздат 1991 год, с.95

На фото: запись о браке крестьянской девицы Ксении Ивановны Бушковой из деревни Косовки Уржумского уезда (ЦГАКО ф.237 оп.228 д.308 л.55 об.). Получается, в те времена в народе звали не Ксенией, а Аксиньей? Интересно, что в нецерковных документах (например, в ревизских сказках) очень часто встречается народная форма имен…

 

Жизнь вятских крестьян: "яичное заговенье"

К каждому пусть даже небольшому празднику обязательными были верховые пироги, ватрушки. Мало кто знает, что еще не так давно существовал особый праздник, посвященный куриным яйцам, «яичное заговенье».

При таком изобилии растительной пищи в рационе круглый год (и что особенно важно репы, моркови) меньше было забот с зубами. Н.С.Жиделева (1913) рассказывает: «Сейчас ребенки с рожденья мучаются. А мне уже 76 лет, а зубов своих еще много. Ели севериху, пили сок березовый, от сосны тоже соком питались».

Виктор Бердинских. История вятской деревни – Киров 2008 г., с.86

Фото С.Лобовикова

 

Из истории административного деления. Вятская губерния в первые советские годы

На основании постановления коллегии НКВД от 27 марта 1919 года Елабужский уезд из Вятской губернии передан в состав Казанской губернии, но в соответствии с декретом ВЦИК от 18 июня 1920 года вместе с Краснококшайским уездом вошел в состав Вятской губернии.

Декретами ВЦИК и СНК от 27 мая и 4 ноября 1920 года были образованы Автономная Татарская социалистическая Советская Республика и Автономные области Марийского и Вотякского народов. В состав Автономной Марийской области переданы из Вятской губернии Краснококшайский уезд и часть территории Уржумского и Яранского уездов (декрет ВЦИК и СНК от 25 ноября 1920 года), в состав Автономной Вотской области – часть Глазовского, Сарапульского, Елабужского и Малмыжского уездов, из оставшихся в губернии части Глазовского уезда создан Омутнинский уезд (декрет ВЦИК от 5 января 1921 г.). К Татарской республике отошла часть Малмыжского, Елабужского и Сарапульского уездов. Часть территории Сарапульского уезда была присоединена к Пермской губернии (впоследствии она находилась в составе Уральской, затем Свердловской области).
Позднее в соответствии с декретами ВЦИК от 30 сентября 1921 года и 15 декабря 1924 г. было произведено уточнение границ Вятской губернии с Вотской автономной областью, декретами от 1 октября 1921 г. и 17 мая 1926 г. – с Татарской Республикой, декретами от 1 октября 1921 г., 2 июня и 28 августа 1924 г., 6 июня 1925 г. и постановлением ВЦИК от 1 июня 1932 г. – с Марийской автономной областью.
Образованный в 1919 г. Из волостей Яранского, Уржумского, Котельничского и Орловского уездов Советский уезд (постановление НКВД от 19 сентября 1919 г.) был ликвидирован декретом ВЦИК от 19 мая 1924 г. Постановлением ВЦИК от 9 января 1928 г. был упразднен еще один уезд – Уржумский, с передачей его территории Нолинскому и Малмыжскому уездам.

200 лет Вятской губернии – 60 лет Кировской области (статистический сборник) – Киров 1996 г., с.28-29

На картах: Вятская губерния до 1917 года и на 1926 год

 

Эпоха - газетной строкой. Комсомольское Рождество

В 1924 г. в Уржуме и селах уезда прошло «комсомольское Рождество», причем по четко составленному плану. На страницах газеты «Красный пахарь» был опубликован этот план, из которого видно, как все было распланировано на 6-9 января в городе и уезде – спектакли, доклады, хор силами комсомольцев и пионеров, выставка книг антирелигиозного содержания в городе; в уезде планировалось провести волостную конференцию беспартийной молодежи с докладами о текущем моменте, происхождении жизни на земле и новых формах землепользования, затем спектакль революционного содержания и пьеса «Рождество попа Сергия». В библиотеках намечалось провести выставки книг.

Кое-где комсомольцы провели все собственными силами, без плана сверху. Так в селе Лебяжье силами комсомола была поставлена пьеса «Шутки поповские». Газета «Красный пахарь» сообщала, что на пьесе присутствовало и много взрослых людей, оставшихся довольными спектаклем.
Любопытно знать, куда шли денежки от этих спектаклей? На вино. В 1925 г. уездная газета «Юный пахарь» сообщала: «В деревне Дергачи Уржумской волости имеется культурно-просветительский кружок молодежи. Недавно этот кружок устроил пьяную вечорку на деньги, которые собрали от спектакля. За вечер всего пропили больше 10 рублей».

 

Эпоха - газетной строкой. Как елабужские крестьяне пытались с пьянством бороться

Деревня Кушва Елабужского уезда. Наши крестьяне ( 90 дворов) в этом году постановили общий приговор относительно того, чтобы в воскресные и праздничные дни никто не занимался полевыми работами. Крестьяне - заводские и деревенские – почитающие праздничные дни, считают за грех выходить на работу, но только на свою, для своего дома. Богатые люди этим пользуются; они устраивают «помочи», созывая на угощения, а кто желает и за плату. Хозяин – человек нужный, как откажешься, не послушаешь позыва! К тому же молодежи, парней и девушек – случай весело провести вечер; а работавшие за плату рассуждают: ведь лишний день проведен на работе, не мешает зайти в кабак и выпить; а там день кончается ссорой, а то и дракой с такими же тружениками и воскресниками. Понедельник, после каждой помочи, само собой пропадает. Не до работы после бессонной, пьяной ночи! Поэтому, приговор о воспрещении работы в праздничные дни как нельзя более полезен.

Вятская газета - 1900 год № 42

 

С архивной полки. Судоходство в Слободском в начале XX века

В 1900 году по рекам Вятке, Каме, Холунице и другим, считающихся в Слободском уезде сплавными только в мае месяце или при половодье, грузилось 16 пароходов, 104 барки и других судов и 631 плотов, а разгружалось 16 пароходов, 12 барок и 330 плотов. В числе привезенных и выгруженных товаров заключались: 970 пудов ржаной муки на 606 рублей, 25000 пудов крупчатки на 45000 рублей, 45000 пудов соли на 11650 рублей, 4000 пудов малосолой сухой рыбы на 7000 рублей, 3000 пудов кож и овчин на 27000 рублей и т.д.

ЦГАКО ф.574 оп.1 д.367 лл.69-69 об. Сведения для всеподданнейшего отчета за 1900 год от уездных исправников

Примечание. Судя по этим словам, реки в Слободском уезде были сплавны для судоходства очень короткое время - на период "большой воды" в мае или в период половодья (хотя половодье в нашей местности приходится как раз на май). В остальное время года реки были несудоходны...

 

Генеалогия города Вятки. Вятский купеческий род Столбовых

Старая Вятка благодаря своему удобному положению была большим торговым городом. В течение XIX столетия десятки купцов отстроили в здесь свои особняки и магазины, многие из которых до сих пор украшают своими стройными рядами главные улицы города. В течение десятилетий в этих домах жили купеческие династии, передававшие искусство торговли от отца к сыну, представители которых занимали важные места в городском самоуправлении. В то же время на смену потомственным купцам приходили новые люди, начинавшие свое дело, подобно любимцу купца Столбова, с маленьких лавочек и затем стремительно поднимавшиеся вверх по торговой лестнице купечества.

Одной из торговых династий Вятки были Столбовы, история которой уходит вглубь времен. Так в рапорте от 23 января 1829 г. градскому голове Караваеву по выборам на трехлетие городских должностных лиц на 1829-1832 гг. упоминается«словесный судья из купцов» Василий Иванович Столбов. Он же упоминается в «Списке служащих городской управы, назначенных для отвода квартир запасным нижним чинам призываемым с объявлением мобилизации на действительную службу» с указанием места жительства – дом его стоял между Спецынской и Владимирской улицами. Сыновья его купцы Василий Васильевич и Алексей Васильевичи Столбовы упоминается в документах по городу Вятке середины XIX века. Алексей Васильевич в 1870-е годы торговал в городе съестными припасами.
В «Обывательской книге» по г.Вятке за 1867 г. упоминается купец 3-й гильдии Василий Алексеевич Столбов, отец Ивана Васильевича (благодетеля преподобного). О его торговле сообщалось следующее: «Торг производит в разных городах, покупку производит в базарные дни сырой кожей в г.Вятке». Примечательно, что сам он жил со своей большой семьей не в городе, а на природе – в д.Столбовой Полянской волости; возможно, эта деревня и являлась родовым гнездом этих купцов. Жизнь в деревне не мешала Столбову часто наведываться в Вятку и даже занимать там должности. К примеру, в 1842 г. он был оценщиком, а с 1853 по 1855 гг. заседателем в градской палате.
Примерно в 1870-е годы купец Столбов окончательно перебрался в Вятку и стал заниматься другой торговлей. В «Ведомости о поверке торговых заведений по г.Вятке» за 1875 г. упоминается две его лавки «с чаем, сахаром и кофе в лавках Спасского собора на нижней торговой площади». Заведовал лавкой по особой доверенности 1874 года сын его Иван, помогал ему приказчик-крестьянин. Впоследствии эта лавка и перешла к Ивану Васильевичу. По всей видимости, в ней и начинал свою работу Митрофан Кузьмич. 10 декабря 1876 года отец семейства отставил эту землю в возрасте 65 лет. Незадолго до этого, в 1875 г. он оформил документ с правом передачи торговли на имена брата Алексея и сына Ивана35, а в 1876 г. – особую доверенность на последнего36. В «Ведомости городской управы о купцах и выданных им на 1876 г. свидетельствах» Василий Алексеевич уже упомянут как «почетный гражданин купец 1й гильдии». Вот такое стремительное продвижение вверх этот купец прошел в торговой среде – из третьей гильдии в первую…
После смерти отца все торговое окончательно дело перешло к Ивану Васильевичу Столбову, у которого работал молодой мещанин Митрофан Швецов, который в будущем станет известен как святой Матфей Яранский. К сожалению, не сохранилось никаких документальных свидетельств, чем именно занимался он у Столбова до того, как стал приказчиком. Можно только предполагать, что был просто помогающим при лавке и посыльным, но приучавшимся купцом к торговому делу.
В «Деле о поверке торговли» за 29 сентября 1884 г. упоминается 2 торговые лавки купца И.В.Столбова, стоявшие на площади Спасского собора, в которых шла мелочная торговля сахаром и чаем. Сами лавки представляли собой одну небольшую комнату с одним входом. Указывалось, что оборот был до 30 т., а дохода на 300 рублей. Сообщалось, что торговлей купец занимается «сам с приказчиками 2 класса мещанами: Вятки Митрофаном Козьминым Швецовым и Слободского Алексеем Родионовым Лихачевым».
Это первое упоминание о Митрофане Швецове в торговле. В следующие годы торговля Столбова пошла резко вверх. За 1887 г. сообщалось, что розничный годовой оборот первой лавки (где работал Головин) 1500 р., а доход – 750 р.; второй лавки (где работал Швецов) до 20 т., прибыль выросла до 1000 р. Была ли в этом заслуга молодого приказчика, трудно сказать, но в 1888 г. он был поставлен хозяином единственным приказчиком над лавкой, так же как и П.Головин – над второй....

Использованы документы Центрального Государственного архива Кировской области

 

С архивной полки. Докладные из 1937-го...

«В районе (с. Ветошкино Ветошкинского сельсовета) находится благочинный, который держит широкую связь и переписку со всеми попами. Этот благочинный ранее работал секретарем волисполкома и сейчас не хочет отставать от жизни, выписывает и много читает газет и журналов. Когда вышла в свет сталинская конституция, он пришел в сельсовет и категорически потребовал выдачи ему её на руки.

… Особенно заметно влияние церкви в Ветошкинском сельсовете. В селе два попа, один из них благочинный. Церковной старостой служит бывший кулак Ветошкин Андрей Петрович. У них имеется своя «агентура» - кликуша Климиха, которая бродит оп колхозам, собирая деньги на богомолье, ругает на чем свет стоит советскую власть, кричит, что скоро наступит мор, что забыли Бога, ругает колхозников, когда они в праздники идут на работу. Весной 1937 года в одном из колхозов умерла колхозница от воспаления легких (свидетельство врача). Они же использовали этот факт и кричали, что люди мрут с голоду. Другой Ветошкин М.К., в прошлом руководитель евангелистской секты, ныне фотограф, держит дружбу с попами и разъезжает всё время по району, поддерживая связь с другими попами.
Попы этой церкви производят незаконные сборы в Сердежском сельсовете (деревня Смышляевы и Вичуры). Под предлогом найма лошадей для перевозки имущества шляются по колхозам и заходят в каждый дом (д. Тулубены).
Сильно влияние церковников на детей школьного детства. В сентябре 1937 года ученица 5-го класса неполной средней школы Сорокина Дуня из деревни Ширкино, дочь кустаря, ходила в церковь кумушкой крестить ребят, а 10 октября того же года пошла кумушкой ученица 7 класса этой же школы Смышляева Нюра, дочь колхозника поч. Горбушева Елизаровского сельсовета. Руководитель этого класса – коммунист Михеев.
На совещании низовых агитаторов коммунист Желтышев заявил, что в Ветошкинском сельпо продавцы очень любезны с попами и грубы с колхозниками. Мало того, каким-то образом краска стоимостью 1 рубль 30 копеек за килограмм попала на ремонт церкви, а краска по 5 рублей худшего качества продавалась колхозникам. На сколько сильно влияние религии, свидетельствует такой факт: 9 октября была «покровская суббота», поминание родителей; народу в церковь привалило 400 человек – с корзинами блинов и яиц, а председатель колхоза «Партизан» на этот день освободил от работы всех женщин, несмотря на то, что в колхозе ещё не весь заскирдован хлеб. В сельсовете есть первичная парторганизация, ВЛКСМ организация, неполная средняя школа, ячейка Союза воинствующих безбожников, но всё это большой помехой пока попам не является».

Источник: ЦГАКО. Ф. 1290 оп. 1 д. 145. Материалы Лебяжского ГОРК ВКП (б), партийное просвещение и агитационно – пропагандистская работа. Доклад т.Косарева о состоянии антирелигиозной работы в Лебяжском районе

На фото: церковь села Ветошкино Лебяжского района до своего закрытия и в наши дни. Была закрыта в том же 1937 году...

 

Природные описания Вятского края в старину: бурная река Луза

"Луза – река лесная, неширокая, с крутыми берегами. Весной берега подмывает и лес сваливается в реку. Вследствие этого много барок убивалось, много также страдают они от подводных камней и крутых поворотов этой реки" (купец Клепиков о трудностях доставки товаров к Архангельскому порту) // Хлынов-Вятка-Киров. История и современность. Историко-статистический сборник. 5 том – Киров 2016 г., с.22

На фото: сплав по Лузе. Фото из архива Ивана Веретенникова (с сайта "Родная Вятка").

 

Истоки. О нищенстве в городе Шестакове в XVII веке

Да в городе же живут нищие: в келье старица Марфа, в кельи старица Оносья Сукарева, в келье старица Онтонида Протасова, в келье старец Григорей Марьин, в келье нищей Стенка Фарафонов, в келье нищей Степанко Ботев, в келье нищей Кирилко Совьевской, в келье нищея Федорка Ботева, в келье нищей Трофимко Штаник, а все те нищие питаются от церкви Божие.

Стан Сырьянский. Писцовая книга 1629 года Слободского уезда // Труды Вятской ученой архивной комиссии - 1916 г., выпуск 3-4, с.272

Примечание. Как можно заметить, указанные нищие жили в монашеских кельях, и указывались они как "старцы" и "старицы", т.е., по всей видимости, это были не обычные "побирушки", а монахи, "питавшиеся от церкви Божией"...

На фото: каменная Благовещенская церковь в городе Шестакове, построенная уже после описанных событий. В те времена в Шестакове стояли две деревянные церквушки...

 

Вятские слова и выражения: передбанник

Передбанник. В простых – черных банях сенцы, просто сарайчик, - легкая прирубка или забранный жердями, прикрытый с боков и сверху соломой. В белых банях передбанник есть комнатка или теплая или холодная, в коей раздеваются и одеваются.

Николай Васнецов. «Материалы для объяснительного областного словаря вятского говора», Губернская Типография, 1907 г.

На фотографии: в заброшенной деревне. В старину баня всегда располагалась в отдалении от жилого дома, во избежание пожаров

 

С архивной полки. Подарки воинам Первой мировой войны

Письмо учительницы Юкаменского начального училища Глазовского уезда А.Косолаповой казначею Глазовского местного комитета Российского общества Красного Креста отцу Н.В.Князеву о количестве и содержании подарков для воинов действующей армии, направленных в комитет

2 марта 1915 года

Препровождая 15 подарков к Пасхе воинам действующей армии на сумму 15 руб., покорнейше прошу Вас, Ваше Высокоблагословение, переслать их по назначению. В каждом подарке заключаются следующие вещи: утиральное полотно, чай, сахар, мыло, иголки, нитки, конфекты, конверты, почтовая бумага, карандаш, табак, спички, курительная бумага, папиросы, сушки, кроме того, в четырех подарках по 1 паре подверток и в двух – по кисету.

О получении подарков воинами прошу меня уведомить.

Учительница А.Косолапова

ЦГА УР ф.249 оп.1 д.3 лл. 65-65 об.

 

С архивной полки. Как жили воспитанники детских приютов в царское время: питание, одежда и обучение (на примере детского приюта города Котельнич за 1914 год)

Пища для призреваемых в приюте детей была простая, питательная и вполне соответствующая своему назначению; одежда, белье и обувь призреваемых состоит из простого, прочного и отвечающего своему назначению материала. Содержание каждого призреваемого обошлось в 116 рублей 19 копеек в год, или по 31.83 копеек в день.

3 мальчика и 2 девочки обучаются в начальном народном училище.

ЦГАКО ф.574 оп.1 д.274 л. 3 об.

Назад к списку