ВЯТКА: НАСЛЕДИЕ... - -
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх
 

Пермское происхождение елабужан

Мнение о пермском происхождении населения юго-восточных уездов Вятской губернии

В 1905 г. в "Трудах Вятской Ученой Архивной Комиссии" была опубликована интересная заметка Д.К.Зеленина о том, что русское население Елабужского и Сарапульского уездов - потомки выходцев из Пермского края, а не с Вятки. Редактор "Трудов..." историк А.С.Верещагин написал свое опровержение на эту тему, обосновывая его тем, что первое русское население Елабуги - вятское по происхождению.

Д.К.Зеленин в предыдущей статье говорит, что она написана по поводу замечания издателя Елабужской 1617 г. Переписной книги, по которому «его (г.Зеленина) мнение о пермской, а не вятской колонизации Сарапульского и Елабужского уездов может быть принято только с известными ограничениями и оговорками».
Вот какое замечание было напечатано в «Трудах Вятской Ученой Архивной Комиссии» (вып. III. 92) при издании Елабужской Переписной книги 1617 года:
«Составитель Путеводителя по Каме и Вятке Д.К.Зеленин говорит, что колонизация сюда (в Елабужский уезд) направлялась из Перми, а ничуть не с р.Вятки. Нам кажется, что такое утверждение может быть принято только в ограничениями и оговорками».
Почему сделано такое замечание при издании Елабужской Переписной книги 1617 года? – А вот почему.
В этой Переписной книге, составленной 40-50 лет спустя по основании дворцового села на Елабуге, в числе 128 дворов, показаны 42 двора с указанием местности. из которой пришли на Елабугу жильцы этих дворов, 17 дворов с указанием ремесла их жильцов (плотников, бочкарей, кадошников, судовиков, горшечников, сапожников, овчинников, кузнецов, епанешников и др.), 20 дворов с указанием прозвищь их жильцов (Муха, Лодыга, Бусыга, Лапоть, Сыропят, Шалаум, Кнут, Лакомка, Кочет, Бурундук и т.п.), а у остальных жильцов прописаны их фамилии (Быков, пиков, Сусанин, Гагин, Сакулин, Кокорев, Андреев, Дмитриев и т.д.).
В числе 42 дв., жильцы которых названы по местности, откуда пришли, показаны дворы: Немчина, Чуваша, Арзамасца, Белозерца, Устюжанина, 2 двора Югриных, 3 двора свияжениных, 3 Лузяниных, 3 Цысолетиных (с Сысолы), 4 Верхокамцев (Зюздинцев – Кайгородцев). Немало дворов из тех, где поименованы пришельцы в Елабугу из разных местностей, принадлежало, стало быть, Вятчанам! Но ведь и в прочих 86 дворах, жильцы которых не обозначены по местности их родины, могли быть плотники, кадошники и другие ремесленники тоже из Вятчан; из Вятчан же могли быть еще жильцы в Елабуге как между прописанными с разными прозвищами (до которых была весьма «охоча» древняя Вятка), так и между Андреевыми, Дмитриевыми, Сакулиными и другими жильцами с разными фамилиями. И таких жильцов из Вятчан надо полагать больше, чем из других местностей, принимая во внимание уже одно то, что большая часть дворов в Елабуге из числа 42, в которых поименованы жильцы по месту их родины, принадлежит Вятчанам.
Как же после этого допустить, без ограничения и оговорок, утверждение Д.К.Зеленина, что колонизация в Елабугу и ее уезд не шла ничуть с Вятки? Это категорическое ничуть, и вызвало самую короткую заметку в «Трудах Комиссии» издателя Переписной книги села Трехсвятского на Елабуге 1617 года. Не будь этого решительного, но скороспешного «ничуть» в Путеводителе г.Зеленина, не стоило бы издателю Переписной книги 1617 г. останавливать внимание читателей на мнении г.Зеленина о колонизации Елабуги и ее уезда.
Остальное в «Двух словах» г.Зеленина не имеет прямого отношения к заметке издателя Переписной книги 1617 г. О разности между населением северных уездов Вятской губернии и населением южных писано и издателем Переписной книги и другими задолго до г.Зеленина. Что касается указаний его на Люк, Тихие Горы, Чалны, то такие указания некоторых местностей не могут еще иметь решающего значения по вопросу колонизации среднего и низового При-Камья. Им могут быть противопоставлены указания другого рода, например на заселение Вятчанами Вятских Полян, всего в каких-нибудь 50 верстах от Елабуги, где уже в первой половине XVII века в отчине Трифонова монастыря, в селе Рождественском было более 90 дворов.

Труды Вятской Ученой Архивной Комиссии, выпуск 1-2, с.53-55 - Вятка 1905 год

К этому можно прибавить и то, что в начале 17 века Пермский край был еще слабо заселен русскими, причина была и в том, что только незадолго до этого прекратились набеги Сибирского ханства (которое пало после русской экспансии в Сибирь), и жить здесь было небезопасно. Поэтому, скорее всего, основной поток колонизации этой части Вятской земли мог действительно происходить из более населенного ее центра...

 


Назад к списку