ВЯТКА: НАСЛЕДИЕ... - -
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх
 

Хозяин: Савва Дмитриевич Шамов и его предприятия

 

Самым крупным уржумским  «предпринимателем» дореволюционного времени можно, без сомнения, назвать купца-старообрядца из Сердежской волости Уржумского уезда Савву Дмитриевича Шамова. С полной уверенностью его можно назвать «уржумским Булычевым». Савва Дмитриевич Шамов, уроженец д. Паутово Сердежской волости Уржумского уезда, был одним из самых крупных лесопромышленников и купцов на юге Вятской земли. В Паутово Шамов, по воспоминаниям К.С.Минина, знавшего его лично, родился и жил до преклонных лет. Здесь у него было два солидных двухэтажных каменных дома. Отсюда он повел торговлю лесом. Минин вспоминает о них: «Помню, во дворе шамовского дома громадные, по нашим меркам, надворные постройки. С большими лестницами и террасами. Ограда была выстлана камнем1».

Сам Савва Дмитриевич был потомственным лебяжанином, если можно его так назвать. Его крестьянские предки жили здесь поколениями, сохраняя свою древнюю веру. Так, по «исповедной росписи» 1820 года в деревне Сердеж проживали: Алексей Патрикеевич, Андрей Патрикеевич, Антон Патрикеев,ич Иван Лукоянович и Иосиф Денисович Шамовы. В конце 1880-х гг. Шамов начинает свою деятельность по сплаву и продаже вятского леса по Волге в низовые города, в Царицын и Астрахань, после чего переезжает в Уржум, откуда дело было вести удобнее, чем из затерянной в лесах деревушки. Дом в Паутово он оставил сыну Осипу.

 Параллельно со сплавом леса Савва Дмитриевич основывает и лесопильный завод. По словам современников и документальным данным, заведение было довольно капитальным.

Удалось найти упоминания об этом заводе, еще когда он работал, за конец 19 века, в мемуарах К.С.Минина: "… Как-то в начале зимы тетюшка Васюха собралась в Немду на побывку к мужу Митрею Кондратьевичу, который кузнечил на лесопилке. Я напросился с ней погостить у Романа, матушка отпустила. Мне шел 14й год и я ничего, кроме своей деревни, не видел. А тут – завод. 
… Помещение было деревянным, длинным и презимистым. Одним открытым своим концом спускалось к Вятке, откуда под навес втягивали бревна. Крутилось огромное колесо с широким приводным ремнем. Вращались колеса поменьше, сверкали большими зубьями стоячие пилы. Шум был несусветный. Мне запретили к чему-либо прикасаться. Впечатление, конечно, завод, оставил значительное2". 

 В 1900-е гг. Савва Дмитриевич строит в Уржуме огромный особняк по образцу московских старинных домов, вытянувшийся вниз по Воскресенской улице на целый квартал и прекрасно сохранившийся до наших дней (ныне в нем городская аптека). Как вспоминают, при хозяине дом был богато обставлен и имел большую библиотеку. Савва Дмитриевич очень умный и очень энергичный человек и одним сплавом леса в своей деятельности не ограничивался. Вырученные от леса деньги он с умом вложил в другие доходные предприятия. В Уржуме и уезде ему принадлежало несколько лавок и больших магазинов. В устье речки Немды, в пяти верстах от села Шурма, им был основан лесопильный завод. На 1905 год С.Д.Шамов значится в списке крупнейших землевладельцев уезда – ему принадлежало 84 десятины земли. Вот что вспоминал о нем К.С.Минин (время действия 1900 г.): «Однажды, проезжая по вербовке рабочих на сплав, Савва Дмитриевич в сопровождении крестного заехал к нам. Войдя в избу, он истово помолился, чинно поздоровался, сел на стул и обратился к матери: «Трофимовна, поставь-ка нам самоварчик!». Мне показалось чудно: заехать в чужие люди и так смело просить чаю. Я по-детски во все глаза разглядывал гостя и запомнил его облик на всю жизнь. Шамову было лет 70. Роста выше среднего, с седеющей окладистой бородой, с такой же еще сохранившейся шевелюрой «под кружало». Нос горбинкой, из-под седых бровей серые глаза смотрели еще молодо, пытливо и сурово. Портретную характеристику Саввы Дмитриевича мне потом не однажды приходилось закреплять в своей памяти. Но его внушительный облик не менялся годами. Так же выглядел С.Д.Шамов и в 1901 г. в Уржуме, когда он по своей инициативе определял меня ученики к богомазу За чаем я видел, как брат наливал важному гостю в рюмку красного вина, и как дрожали у крестного руки. Я понял: он крепко боится своего хозяина. Эта боязнь передалась и нам с сестрой Настей. И мы сидели не шелохнувшись. Шамов, оглядев избу, увидел блок, на котором нашу лампу на несколько свечек можно было поднимать и опускать на любой уровень. «Кто это устроил?» - спросил Савва Дмитриевич. Ему конструкция явно понравилась. «Да это Роман устроил» - ответила мать. «Гм, какой еще он у вас механик! Знаешь что, пусть он идет ко мне в Немду на лесопилку масленщиком». Напившись чаю, гости уехали3…».

   Как настоящий хозяин, Савва Дмитриевич часто давал средства на нужды земства и своих единоверцев, давал им деньги в долг, хотя Минин и пишет, что «старик трясся над каждой копейкой». Земляки и единоверцы Шамова из деревень приходов сел Ветошкино и Вотское во множестве работали на его предприятиях и на сплаве леса. При его участии появляются каменные старообрядческие храмы в д. Комарово Сердежской волости около 1910 г. и в г. Уржуме. В 1907 г. С.Д.Шамов пожертвовал тысячу рублей на строительство реального училища в городе. Поэтому, можно с уверенностью сказать, скупердяем Шамов не был. Скорее, он был очень рассчетливым человеком. Лодырям и дуракам он денег не давал…

В годы Первой мировой войны многие предприниматели переживали кризис.  Те, кто был посмекалистее, правда, смог и здесь извлечь прибыли. Например, уржумские заводчики Бушковы заготовляли лес на ложе к винтовкам. Винотовок требовалось много, и вятский лес был востребован. Поэтому удивителен тот факт, что лесной заводик С.Д.Шамова в это время уже не работал.  Хотя незадолго до этого он построил для рабочих общежитие и новую баню. Возможно, по той причине, что «хозяин» был уже очень стар  и ему сложно было в одиночку справляться с делами. От его единственного сына и наследника, увы, не вышло толку.  

  Однако пустующее здание завода вскоре присмотрели для своих нужд высокие военные чины. Сейчас мало известно, что во время войны в 1915-1916 гг., задолго до эвакуации Коломенского и других заводов, в Вятскую губернию планировался переезд ряда заводов из западных областей страны. Документы об этом сохранились в архиве ГАКО. Что интересно, ни один не планировалось разместить в городе Вятке. Для их основания требовались капитальные здания, которые главным образом находились в уездах. В Вятке таких либо не было, либо они были заняты. Строительства новых зданий не планировались. Некоторые заводы предполагалось разместить и вовсе в отдаленных уездах, например, Уржумском. Впрочем, здесь имелось водное сообщение и планировалось проложить "железку" от Яранска до Вятских Полян и Сарапула. Здесь выбор Военно-промышленного комитета  и пал на заброшенный, но капитально построенный лесопильный завод лесопромышленника Саввы Дмитриевича Шамова, соединенный с рекой Вяткой. 

  Спецы из ВПК еще застали хозяина завода (он умер в том году) и сделали следующее описание завода:
  «Осмотрены были следующие помещения:
Бывший лесопильный завод уржумского купца Саввы Дмитриевича Шамова, в настоящее время не действует уже 10 лет. Завод этот находится в 22-23 верстах от г.Уржума на самом берегу реки Немды правого притока реки Вятки в т.н. «Немдинском затоне», куда из реки Вятки свободно буксировались за все время навигации баржи, подходя к самому берегу. Постройки находятся на арендованной земле. Часть арендованной земли принадлежит казне; срок аренды кончается через 2 года, а другая часть арендованной земли принадлежит крестьянской общине, срок аренды ее кончается через 5 лет.
Здание бывшего лесопильного завода состоит из 2 корпусов: кирпичного, где находилась паровая машина, паровые котлы и пилоточка и непосредственно к нему примыкающий деревянный сарай из досок на каменных столбах, в котором были устроены лесопильные рамы, а внутри помещения сарая помещены приводы. Машинное кирпичное здание состоит из 2 больших отделений для паровой машины и котлов и небольших отделений для точки пил. Около этого здания находится дымогарная труба.
.. Паровой машины, котлов, лесопильных рам, приводов, разного рода предметов оборудования завода в настоящее время нет.
При заводе имеются следующие служебные и хозяйственные здания:
Контора деревянная двухэтажная новая
Казарма для рабочих
Деревянная полуразвалившаяся баня черная и вторая белая и погреб.
Владелец этого завода Савва Дмитриев Шамов изъявил полное согласие на уступку заводских зданий под эвакуацию предприятия4».

 К сожалению, не известно, удалось ли воплотить эти планы в жизнь. Скорее всего, нет. Вскоре Саввы Дмитриевича не стало…

  Савва Дмитриевич был дважды женат. От первой жены, видимо, рано умершей, у него остался сын Осип. После смерти жены Марьи Евфимьевны, умершей во цвете лет, Осип Саввич начал пить и тоже вскоре покинул этот свет, оставив сиротой сына Николая. Мальчик, скорее всего, воспитывался у деда. Савва Дмитриевич к тому времени женился второй раз. Его избранницей стала Ольга Даниловна Домнина, которая была намного младше своего мужа. Она родила ему сына Матвея. Единственное чадо Шамовых с детства ничем не обделялось, росло в невиданной роскоши и потому, как рассказывали современники, юноша в итоге вырос избалованным и ни к чему не приспособленным, хотя и с хорошими способностями. К.С.Минин вспоминал о нем в своих мемуарах, что он, живя в шамовском доме «…играл с избалованным и капризным шамовским отпрыском Мотей. Ему ничего не стоило назвать отца «старым дураком», и человек, которого побаивались все домашние и подчиненные, молча проглатывал столь горькую «пилюлю» от взбаломошного Моти…». А отец ни в чем не отказывал любимому сынку. Школьное образование Матвей Саввич получил дома, куда приглашались учителя из городского училища и женской гимназии, затем учился за границей, хорошо знал английский язык. Вернувшись в Россию, Матвей много путешествовал на отцовские деньги, был даже в Египте, часто бывал в Москве, где хорошо изучил столичные театры и водил знакомства с известными художниками. Одевался сын крупнейшего лесопромышленника по моде, носил пенсне; родители же его жили по старинке и носили традиционную одежду. У Матвея Шамова появился первым в городе мотоцикл5. Чтобы остепенить сына, родители его рано женили на красивой девушке, которую нашли где-то под Саратовым. Однако жена умерла при родах, оставив себя дочь Ксению. Матвей женился повторно. Рассказывают, что вторая жена невзлюбила падчерицу и стала для нее настоящей мачехой. Впрочем, как показала жизнь, она и супруга не особенно любила, выйдя замуж, скорее всего, исключительно ради папенькиного наследства. В 1915 г. умирает могущественный отец Матвея. За считанные годы вся его «империя» превратилась в пыль: Матвей Саввич не смог совладать с нею, да еще в условиях военноо кризиса, для этого нужен был недюжинный купеческий ум и опыт, чего он не имел. А вскоре грянула революция, реквизируются отцовский особняк, магазины, предприятия. Известно, что в 1920-е гг. Матвей еще жил в городе, видимо, на оставшиеся отцовские капиталы. Когда они закончились, супруга без сожаления оставила муженька и уехала с детьми на Волгу. Сам Шамов отправился в Уфу, с сожалением оставляя любимый город, в котором провел дни своей беззаботной юности. Как рассказывают, в Уфе бывший богач жил у бывшего отцовского служащего, страшно бедствуя и болея. Скончался он в начале 1930-х гг. в полном забвении6.

  Известно, что у Саввы Дмитриевича было и несколько братьев. Они тоже стали торговцами и лесопромышленниками, уехали навсегда из родной деревни Паутово. Например, в селе Русский Турек жил лесопромышленник Никита Дмитриевич Шамов. Правда, размах у него был помельче, чем у своего известного брата, но он тоже был крупным землевладельцем, владел 52 десятинами земли в селе Русский Турек. К сожалению, о его дальнейшей судьбе пока ничего не известно.

 

                                                 Примечания

 

1. Минин А.Г. Мы, Минины… - Тольятти, 2007 г.

2. Минин А.Г. Мы, Минины… - Тольятти, 2007 г.

3. Минин А.Г. Мы, Минины… - Тольятти, 2007 г.

4. ГАКО ф.883 оп.1 д.117 лл.72-73

5. Пентина Н.Б. Уржумский купец С.Д.Шамов // Уржумская старина – Уржум, 1991 г. № 5 с. 36-38

6. Пентина Н.Б. Уржумский купец С.Д.Шамов // Уржумская старина – Уржум, 1991 г. № 5 с. 36-38


Назад к списку