ВЯТКА: НАСЛЕДИЕ - <
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх

Петровское

с. Петровское

Петро-Павловская церковь

( 1648 – 1940 ).

            Предположительно, поселение при речке Жеребчихе появилось еще в XVI веке (согласно одной легенде название ее произошло оттого, что здесь в половодье утонул жеребец, согласно другой – на берегах речки пасли жеребцов). По названию речки и поселение первое время называлось Жеребцово поле (в грамотах Цепочкинского монастыря), позднее – просто Жеребцово. Так оно значится в клировой ведомости церкви еще за 1798 год.

            В 1604 году поселение было пожаловано новокрещеному уржумцу Петрушке Турецкому за военную службу. В 1627 году он постригся в монахи под именем Пимена в Цепочкинском монастыре и пожертвовал свою землю этому монастырю, который находился поблизости с поселением.9 июня 1647 года царем Алексеем Михайловичем была выдана грамота на это – «Правая выпись Цепочкинскому монастырю на владение Жеребцовым полем», интересная тем, что в ней описывалась начальная история и Уржума и села Петровского (текст ее приводился в первой главе книги).. А земля эта ранее принадлежала представителю марийской знати Мамеку Алпечеву, на вдове которого Петрушка женился и унаследовал его владения. Марийцы, которые считали эту землю своей, пытались «отвоевать» ее обратно. Даже в Москву ездили, но безуспешно – монастырь то, что взял, назад не отдал.

            В 1648 году «на монастырскую сумму» здесь построена была деревянная церковь о пяти главах во имя Петра и Павла с приделами во имя святителей Петра, Алексия и Ионы. С тех пор официально село стало называться Петровским или Петропавловским, но старое название сохранялось еще очень долго.

            В Уржумских переписных книгах за 1649 год сообщали: « … А на том Жеребцовом поле построена церковь на берегу Бую реки во имя верховных опостолов Петра и Павла, да предел московских чудотворцев Петра, Алексия, Ионы. Да в том селе 11 дворов крестьян, всего в том селе Петровском и в починках 25 дворов». За 1685 – 1686 года сообщалось: «Село Петровское Жеребцово поле тож, на реке Бую. А в нем церковь во имя верховных апостолов Петра и Павла деревянная о 5 главах …».

 

 В сентябре 1716 года церковь сгорела. В том же году митрополит казанский митрополит Тихон выдал грамоту на построение новой деревянной церкви и грамоту на сбор денег. В селе было построено сразу 2 церкви: холодная – Петропавловская и теплая в честь Покрова Пресвятой Богородицы. В 1880 году в клировой ведомости сообщались такие любопытные факты: «Когда построена первая церковь в с. Петровском неизвестно, Только то, что первоначально было две деревянные церкви. Одна сгорела, а другая по ветхости уничтожена».

            2 сентября 1786 года священник с. Петровского Иоанн Тимофеев и поверенный от «мирских людей» ясачный крестьянин Григорий Григорьевич Штин обратились с прошением к архиепископу Казанскому и Свияжскому Амвросию о построении в селе новой церкви. В прошении они сообщали, что обе церкви «от давнего построения стали быть ветхими и паче как стоят они на слабом и тесном месте» и потому прихожане выразили желание «на особом способном месте» выстроить новую каменную церковь в то же проименование и с приделом Покрова Богородицы. Тут же они указывали, что «на построение материалы имеются уже в готовности», а также о.Иоанн просил о выдаче сборной книги.

            23 сентября 1786 года архиепископ Амвросий выдал храмозданную грамоту на построение церкви, но потребовал представить ему чертеж плана нового здания.План новой церкви был составлен губернским архитектором Ф.М. Росляковым. 23 марта 1787 года вятский наместник Ф.Ф. Желтухин сообщал в ордере Уржумскому городничему Самарцеву: «Сочиненный здешним архитектором Росляковым для построения Уржумской округи в селе Петровском вновь каменной церкви план с фасадом и описание за  № 297 при сем к вам посылаю и рекомендую по получении сего оной план с фасадом и описание доставить означенного села Петровского к священнику …». В ответном рапорте Самарцев докладывал, что 25 марта он передал Тимофееву все чертежи, описание и смету.

            Тем не менее, проект Рослякова петровским прихожанам, видимо, не понравился, и в качестве образца для своей церкви они избрали только что построенную церковь в с. Архангельском (теперь Немского района) и, более того, - «порядили самого того же мастера» - Макара Злобина, крестьянина из д. Ватпинской Вятской округи. Им же был «сочинен» и рисунок – план с фасада церкви с. Архангельского. Об этом сообщал в мае 1787 года в своем новом прошении Владыке Амвросию Иван Тимофеев.

            4 июля 1787 года Казанская духовная Консистория дала указ на разрешение строительства, и в том же месяце были заложены первые камни новой церкви. Спустя 2 года, 5 августа 1789 года Тимофеев обратился в Уржумское духовное правление с жалобой на «нерадивость» прихожан в постройке церкви (значительное количество крестьян здесь были старообрядцами) – «прихожане с началу являлись нерадивыми и справляли дрова для обжига кирпича и всякого лесу для потребных надобностей весьма малое число». А летом 1789 года строительство церкви совсем остановилось, так как вся церковная казна оказалась истраченной по «дорогой цене» строительных материалов. 11 декабря того же года архиепископ Амвросий обратился к генералу – аншефу казанскому и вятскому генерал-губернатору П.С. Мещерскому с просьбой о помощи заставить крестьян петровского прихода достроить церковь. Мещерский поручил это дело через Уржумский нижний земский суд Вятскому исправнику.

            В январе 1792 года Тимофеев написал жалобу, уже Вятскому епископу Лаврентию, на подрядчика Злобина, который отказался получать деньги в залог и достраивать церковь по договорной плате. Его также заставили в принудительном порядке продолжать строительство церкви с тем, чтобы закончить его к осени 1792 года.

            В сентябре 1791 года теплая придельная церковь была построена и со всем «принадлежащим благолепием убрана, и престол построен в указанную меру». 1 октября по указу преосв. Лаврентия, епископа Вятского и Великопермского теплый придел был освящен «правителем» Уржумского духовного правления о. Алексием Ивановым во имя Покрова Божией Матери.

            К этому времени деревянная Покровская церковь была разобрана, а престол и всю церковную утварь перенесли на хранение в деревянную Петро-Павловскую церковь. Позднее престол сожгли, а пригодные одежды и утварь отдали в новую теплую церковь. Бревна и доски от сломанной церкви пошли на новое строительство и топку печей.

            29 июня 1798 года протоиереем Троицкого собора г. Уржума Дамианом Любимовым был освящен престол холодной церкви (согласно клировых ведомостей; эту же дату указывает и В. Шабалин). Строительство церкви было закончено. В позднейших клировых ведомостях указывалось, что церковь строилась с 1786 по 1796 года.

            В клировой ведомости 1798 года указывалось, что в с. Жеребцове – «каменная церковь с деревянной колокольнею». В Государственном Архиве Кировской области сохранилось дело за тот же год «о разрешении священно-церковнослужителям в новой построенной церкви в с. Жеребцовке открыть божественное служение 1798 года 7 мая».

            В ноябре 1804 года петровские прихожане через своего поверенного Ивана Щелчкова обратились к епископу Серафиму с просьбой о разрешении построить каменную колокольню. К этому времени деревянная колокольня была разобрана, от нее осталось шесть колоколов, а на строительство новой было заготовлено 160 тысяч штук кирпича «бутавого и известкаго камню столько, что и на все строение колокольницы встать может».

            Вот как описывал строительство колокольни архитектор Рупасов Е.Г.в своей работе по истории петровской церкви: « В мае 1805 года на рассмотрение вятскому епископу были представлены «архитекторские» план и фасад новой колокольни, и хотя автор проекта в документах не указывается, можно с уверенностью сказать, что выполнял его губернский архитектор Ф.М. Росляков, так как в те годы это был единственный архитектор, работавший в Вятке.

            30 мая чертежи были утверждены и преданы просителю для доставки в Петровское. Сооружение колокольни началось в 1806 году. Четыре года спустя, несмотря на то, что большая часть работ была уже выполнена, и материалы для завершения строительства имелись в достаточном количестве, строительство было остановлено. Колокольня получила значительное отклонение от вертикальной оси к западу. Произошло это, скорее всего, вследствие осадки фундаментов. Уржумский протоиерей Короваев сообщая обо всем этому епископу Гедеону, добавлял, что все приготовленные материалы «к довершению оной и поставленные около ея леса … и самая колокольница, стоящая без надлежащей крыши приходят в непрочность». На основании резолюции епископа консистория посылает в Уржумское духовное правление указ о привлечении к осмотру колокольни священника Уржумской Казанской церкви Василия Фазанова, который «имеет некоторое знание в архитектуре». Кроме того, Фазанов должен был посоветовать, какие принять меры для предотвращения дальнейших разрушений колокольни.

            Какое заключение дал Фазанов – неизвестно. Документов об этом нет. Но через два года в апреле 1812 года, прихожане просят разрешить достроить колокольню вятскому мещанину Столбову. В прошении указывается, что заключивший в 1806 году контракт на возведение колокольни вятский мещанин Филипп Трушков не смог закончить строительство по причине отсутствия в церковной казне денег. Высота сооружения к этому времени составляла около 10 саженей. Однако Столбов отказывается довершать колокольню, так как, она «на один бок осела с лишком на четверть». Епископ Гедеон обращается в губернское правление с просьбой о командировании архитектора для освидетельствования здания. Полученный из правления ответ гласил, что должность губернского архитектора исполняет землемер М.А. Анисимов, занятый копированием новых планов городов Вятки и Сарапула и другими работами. Поэтому, вследствие занятости, а так же по причине того, что он не является архитектором, выезд его для осмотра строения невозможен. Без выдачи заключения специалистом достраивать колокольню не решились, и консистория направила в Нолинское духовное правление, в ведение которого к тому времени перешло Петровское, указ о прекращении всех работ до особого предписания.

            В мае 1814 года распоряжение об осмотре колокольни Петропавловской церкви было доведено до сведения нового губернского архитектора Николая Андреевича Андреевского. В том же году он выезжает в Петровское, выполняет обмерные работы и исследует состояние здания. Но только через год, как это можно заключить из солидного дела, посвященного оплате командировочных расходов архитектора, последний представил в консисторию свои чертежи и фасада и плана, подразумевая при этом почти полный снос существующего строения. Интересно отметить, что в конце 1815 года Нолинское духовное правление пересылает в консисторию «рапорт» священнослужителей села Петровского, в котором они жалуются на более чем восьмилетнюю остановку в строительстве, приведшую к тому, что леса вокруг колокольни и приготовленные строительные материалы сильно обветшали и приходят в негодность. В начале февраля 1816 года консистория представляет на рассмотрение старые – Рослякова и новые – Андреевского рисунки «на обретение в селе Петровском колокольни каменной». 3 февраля епископ Гедеон пишет такую резолюцию: «Велев поступить с колокольнею по мнению архитектора Андреевского». 16 февраля чертежи обоих фасадов и план отправляются в Петровское.

            Еще год спустя в мае 1817 года духовенство и прихожане Петропавловской церкви заключают договор на достройку колокольни с мастером каменных дел Федором Гавриловичем Тюриным из деревни Умнищей Нижегородской губернии Балахнинской округи, вотчины генерал-майора Василия Алексеевича Урусова. По договору Тюрин обязывался «колокольню по новому плану сломать по верхнему ярусу». По-видимому, здесь подразумевалось сохранение лишь первого яруса. То, что именно так и случилось, подтверждается различием в архитектурном решении нижнего и двух верхних ярусов существующей в настоящее время колокольне. С каждой тысячи кирпичей мастер получал по десять рублей и по пять рублей за каждую тысячу при разборке. Отдельно оплачивалась работа по окраске кровли и побелке здания. Бригада Тюрина должна была состоять не менее чем из двадцати человек мастеров и рабочих. Пункт третий гласил: «…кладку кирпичную сего 1817 года мая с 3-го начать и окончить июля к 15-му числу. Ежели не будет со стороны церковной какой-либо остановки…». Судя по тому, что о сооружении колокольни больше переписки не велось, обязательства свои Тюрин выполнил и закончил столь долго тянувшееся строительство летом 1817 года».

            Благоустраивалась церковь с. Петровского и в последующие годы. Клировая ведомость 1819 года сообщала: «Утварью церковь снабжена довольно хорошею, в коей нужды не имеет, но потребна сумма по ветхости на холодной церкви деревянной крыши на новую по предложению прихожан железную». На теплой церкви еще в 1839 году была деревянная крыша. В 1852 году сообщалось, что в церкви «пол опочный, крыша железная, обнесена деревянной оградой».

            2 сентября 1833 года по утвержденному плану Его Преосвященством преосв. Иоанникием в холодной церкви был построен новый иконостас и вызолочен на полименте.

 В писцовых книгах за 1685 – 1686 годы о Петровском сообщалось: « …Церковных причетников 6 дворов (26 человек), крестьянских 29 дворов (107 человек), бобыльских 16 дворов (37 человек), обоего, в том числе крестьян и бобылей 85 дворов, людей в них 144 человека».

            В переписной книге 1747 года сообщалось, что в с. Петровском государственных ясашных крестьян – 265 душ. В 1798 году в Петровском приходе насчитывалось 702 двора. За этот период в ГАКО сохранилось любопытное дело, датированное 7 апреля 1787 года – «дело о привлечении к ответственности священников с. Петровского за не наблюдение посещения крестьян исповеди и таинства причастия». Крестьяне эти (ясашные русские и некрещеные черемисы) находились во владении удельного и казенного ведомства.

            В 1873 году по сведениям Вятского статистического комитета в с. Петровском насчитывался 171 дом (из них 2 каменных) с 897 людьми населения (мужчин 408 и женщин 489), которые, помимо земледелия занимались бурлачеством и торговлей.

            В 1910 году в Петровском приходе насчитывалось 17 селений с населением: православных русских – 2317 м.п., 2568 ж.п., старообрядцев – 248 м.п. и 315 ж.п. Из описания прихода за 1912 год: «Село расположено в низменности, около речки Буя, в трех верстах от реки Вятки, в местности безлесной…Занятие прихожан земледелие и бурлачество. В селе имеется фельд. пункт, волост. правление и почтовое отделение; почтовое отделение Медведок в 11 вер. Село стоит на Казанском тракту».

            Кроме церкви, в приходе было три часовни и одна церковно-приходская школа в селе. Издревле осенью через Петровское двигалось из Вятки на Уржум 2 Понизовых крестных хода со св. иконами. В 1914 году приход удостоил своим визитом Епископ Вятский и Слободской.

            В годы Первой мировой войны приход отличился особой благодеятельностью; так, в 1915 году при содействии церкви здесь нашло кров и еду много беженцев.

            Причт:    1798 год – 3 «попа» и 2 диакона;

                            1915 год – 2 священника, диакон, 2 псаломщика и просфирница.

1937год-священник и псаломшик

            Первые священники: Иоанн Тимофеев (1786 – 1798),  Иосиф Ивановский (1796 – 1798), в 1798 году сообщалось, что «на третье священническое место зачислен семинарист Феоктист Ивановский».

            В начале XIX века служили: Иаков Ивановский (с 1816 года, выпускник Казанской духовной академии) и о. Александр Меншиков (с 1810 года, был благочинным с 1799 года). .  В начале XX века здесь служили  о. Николай Лажский,  о. Александр Зубарев,  о. Василий Шутихин. В конце 1930-х годов «благодаря» председателю сельсовета Артемьеву были репрессированы:  о. Григорий Перевозчиков (8 октября 1937 года осужден на  10 лет лишения свободы),  о. Николай Чурин (14 октября 1938 года осужден на  3 года лишения свободы) и  о. Александр Зубарев (29 января 1940 года осужден на  10 лет).


Назад к списку